Но помимо специальной эскадрильи ОКОНа в смешанной группе были и два прикомандированных к ней звена специального назначения. Первым было звено телеуправляемых брандеров ТБ-3 под командованием летчика и инженера Рубена Чачикяна. Подполковник не только командовал звеном, но и участвовал в разработке этого оружия. И вдобавок с 1937-го года неоднократно лично испытывал телеуправление ТБ-3, налетав на таких 'телесвязках' более тысячи часов. В составе его звена были два бомбардировщика, начиненных мощной торпедной взрывчаткой, и оснащенных телеуправлением. С борта третьего их собрата парой операторов осуществлялось теленаведение брандеров. Между прочим, вариант 'польско-германских этажерок' также рассматривался командованием перед операцией, но не был принят. Основной причиной отказа от этой экзотики стало отсутствие тренированных пилотов-наводчиков и опыта управления бомбардировщиками из кабин, прицепленных к ним сверху истребителей. А вот тренированные операторы телеуправления у СССР уже были. Вторым прикомандированным было 'звено ракетоносцев'. В него входили два четырехмоторных ДБ-А с подвешенными под крыльями ракетными планерами 'Сарган-1' (РПСН-3) конструкции инженера Валка. Радиоуправление к ним также помогал налаживать Рубен Чачикян. Также как и у коллег 'телеуправленцев', выпускаемыми с носителей ракетопланами должны были управлять операторы 'летающего командного пункта' созданного на базе такого же, как и носители ракет ДБ-А. Военинженер 1-го ранга Валк как раз находился сейчас в широком салоне третьего самолета, рядом с постом радиометриста и двумя постами наведения 'Сарганов'. Вместе с ним на борту был, и назначенный куратором над ракетчиками старший по званию дивизионный инженер Королев. Боевые ракетопланы 'Сарган' создавались почти без его участия, но московское руководство решило, что ракетный опыт Королева тут точно не помешает. Все-таки именно Королев участвовал в нескольких запусках ракет Оберта и Моровски, и именно он недавно командовал ракетной бригадой, дивизионы которой отметились в операциях на Финском заливе. А значит, дивизионный военинженер владел не только ракетной спецификой, но и обширным боевым и испытательным опытом. Уже в полете состоялась беседа двух энтузиастов-новаторов.
-- Товарищ диввоенинженер, тридцатый командование специальным звеном сдал!
-- Командование специальным звеном, до выхода в район атаки, принял.
-- Это тридцатый. Бортам перейти на готовность номер один!
-- Борт девять. Есть перейти на готовность номер один!
-- Борт пятнадцать. Есть перейти на готовность номер один!
-- Бортам доложить о времени готовности к запуску 'Сарганов'!
-- Борт пятнадцать оба к пуску готовы. Время готовности к пуску две минуты.
-- Борт девять оба к пуску готовы. Время готовности к пуску две минуты.
-- Здесь тридцатый. Расчетам управления проверить предохранители, и с первого по четвертый отработать процедуру учебного пуска. Интервал между пусками полминуты. Отсчет пуска первого по готовности.
Пока возвращались доклады о ходе тренировки, Королев напряженно слушал. Но вот перекличка закончилась, и он перевел борта и расчеты обратно в готовность к пуску номер два. Затем окинул взглядом сосредоточенное лицо Валка, и решил снизить официоз с временным подчиненным.
-- Соломон Федорович, вы уж, пожалуйста, не сердитесь и не ревнуйте. Я отлично понимаю, что этот проект целиком ваш, и на награды и почести в нем я не претендую. Моя роль в основном наблюдать, учиться, и при необходимости своим опытом делиться.
-- Бросьте, Сергей Павлович, ну какие тут могут быть обиды. В запусках румынских ракет ваша скрипка была первая, а мы только на подхвате были. Там не поссорились, и тут договоримся. Кстати об опыте! Пока в район не вышли, может, расскажите как там ваши 'огнелетчики' финские штурмовики сбивали?
-- Да, ради бога! Там куда больше просто повезло, что потолка нашим 'керогазам' хватило. Финны-то с тяжелыми бомбами шли, и высоко не поднимались. А шли бы они тысячах на трех, мы бы и не достали их. И как назло, наше истребительное прикрытие еще взлететь не успело. А ракет- перехватчиков там всего пара звеньев была, я как раз капитану Шиянову дал задание проверку боеготовности провести. И тут эти расписные целой дюжиной подлетают. Зенитчики их перед тем потрепали, но половина группы прет и прет себе прямо на наши расчеты, и бомбить готовится. А мы как раз за день до этого новые не опробованные ракетные ускорители установили. Команду на взлет отдаю, а сам думаю, ну как сейчас один за другим нахрен повзрываются мальчишки. Мне тогда, как командиру, всю жизнь перед своей совестью отвечать. Но нет, нормально взлетели, и даже чуть повыше тех финнов забрались. А потом, залп ракетами. Другой залп. Глядь, а финнов и нету никого, еще двоих чуть дальше зенитчики ссадили, и только один, теряя портки, удирает.
-- То есть не было у вас отказов моторов?
