То, что инициаторами учений ограниченного воинского контингента в Европе оказались одновременно и Авиакорпус и штаб Армии, сильно упростило дело. Близость Мэтью Риджуэя к верховному командованию и связи в правительстве решали многие вопросы. Поначалу еще раздавались панические и гневные окрики изоляционистов в Сенате, пекущихся о невмешательстве в Европейские дела. Но их стенания уже многим в Вашингтоне надоели. К тому же и политики и генералы оказались заинтересованы в хорошей прессе, да и нейтральный статус стран участников учений, полностью снимал все опасения о втягивании США в европейские войны. В общем, штаб принял решение, и по армии пронесся ворох приказов о выделении сводных частей и отправке их кораблями в Антверпен. Сроку на все сборы дали не месяцы, а недели, что породило массу слухов, и даже повлияло на итоги торгов на бирже. Но большинство газет захлебывалось от восторга - вооруженный нейтралитет Америки превозносился ими до небес, вместе с ее международным авторитетом. Под этим соусом, армейцы выбили себе дополнительные ассигнования, а политики дружно давали интервью о собственной роли в этих дипломатических победах САСШ. А для американских солдат и офицеров, отобранных для участия в учениях подразделений, вся эта шумиха была лишь поводом покрасоваться в парадных мундирах, да поглядеть белый свет через окна пассажирских вагонов и иллюминаторы кораблей. Части участвующие в учениях прибывали на американских военных кораблях и в трюмах грузовых пароходов. В связи с активностью подводных лодок Кригсмарине в Атлантике, командование флота впервые после Великой Войны собрало два небольших конвоя. Каждый из которых, помимо нескольких средних транспортов, имел в составе легкий крейсер и несколько эскортных миноносцев. На дипломатические ноты Третьего Рейха американский посол вежливо ответил, что это дело нейтральных стран, и ничьих интересов более не затрагивает.
К середине марта большая часть организационных вопросов была согласована. Показанный в январе в Техасе прототип десантного планера всего за месяц с небольшим был усовершенствован. Начатые в 'Форте-Беннинг' тренировки, теперь вполне можно было продолжить и по другую сторону океана. Тем более что тут парашютисты Риджуэя могли потренироваться в высадке намного более реалистичной, чем у себя дома. Мэтью Риждуэй успел дважды повидаться с Адамом в штабе учений. Бывший гонщик снова удивил его своими новациями. Моровски не просто сдержал свое обещание, а перевыполнил его. Шесть арендованных им, под полученные от штаба гарантии оплаты, русских четырехмоторных самолетов Г-2 (они же Туполев-6 в военном варианте называемый ТБ-3) через Балтику из Риги притащили за собой на буксире планерные поезда из пары грузовых планеров каждый. Планеры также пилотировали русские пилоты. Эту комбинацию Моровски согласовал через посольство и свой отдел военных советников. Коммунисты затребовали немалую оплату, но в целом вели себя покладисто, как толковые бизнесмены. В чреве шести грузовых самолетов и двенадцати грузовых планеров приехали агрегаты почти сотни малых планеров-мишеней для тренировки зенитчиков. Эти же 'мотыльки' по замыслу Моровски должны были использоваться и для огневого крещения воздушных частей. Сквадронам участвующим в учениях, предстояло на небольшой высоте в боевом строю пройти через зоны плотного зенитного огня, бьющего боевыми снарядами по мишеням, болтающимся на длинных тросах буксировщиков. В этом был весь Моровски, он снова пытался объять необъятное!
