— Ну, почему, почему я всегда должен быть исполнителем судьбы? Мне страшно перечислить имена друзей и верных союзников, души которых украл этот меч. Я ненавижу его уже за то, что он крадет даже подлые души, чтобы поддержать мои жизненные силы. Но что он покушается на моих друзей — это невозможно вынести! Мне уже наполовину понятно, как добраться до самого сердца Хаоса и как там принести нас обоих в жертву! Вина косвенно лежит на мне, ведь если бы я не был так слаб, я должен был носить этот меч, и многие из тех, кто поддерживал меня, были бы сейчас живы.
— При этом главное предназначение клинка кажется вполне благородным, — сказал Мунглум с глубоким сомнением в голосе. — Ах, мне так трудно все это понять — парадоксы, парадокс, умноженный на парадокс. Боги либо безумцы, либо они настолько проницательны, что нам не дано понять их мышление.
— Во все времена трудно было осознать величие грандиозной цели, — заметил Дайвим Слорм, — тем более, что мы так страшно сжаты, что у нас нет даже мгновения, чтобы осмыслить происходящее. Но мы должны драться вновь и вновь, забывая даже, из-за чего все это началось.
— Велика цель или нет, все равно, — горько улыбнулся Эльрик. — Если мы игрушки в руках богов, то может быть, сами боги — дети?
— Эти вопросы не представляются сейчас серьезными, — сказал Дайвим Слорм со своего места.
— В конце концов, — заявил Мунглум Эльрику, — будущие поколения будут благодарны Буреносцу, если он выполнит свое предназначение.
— Если Сепириту прав, — сказал Эльрик, — то будущие поколения не будут помнить никого из нас — ни людей, ни мечей!
— Возможно, не полностью, но в глубине своих душ они будут помнить о нас. О наших подвигах будут рассказывать в легендах, и герои в них будут носить другие имена.
— Они забудут нас полностью, это я вам обещаю, — вздохнул Эльрик. Беспокойство, вызванное бесполезностью их дискуссии, стало нарастать, и вдруг Морской Король встал со своего трона и произнес:
— Пошли, я выведу вас отсюда на землю таким образом, каким привел сюда, если вы, конечно, не против. — Нет, — сказал Эльрик.
Пошатываясь от слабости, они выбрались на берег Острова Пурпурных Городов, и Эльрик обернулся, обращаясь к Морскому Королю, который остался на отмели:
— Я благодарю тебя за то, что ты спас нас, Лорд Моря, — произнес он с глубоким уважением. — Спасибо тебе также за то, что ты рассказал мне о Щите Печального Гиганта. Этим, вероятно, ты дал нас счастливую возможность разделаться с Хаосом, изгнав его с моря и даже с суши.
— Да, да, — закивал Морской Король. — И если тебе удастся сделать это, и моря будут очищены от сил Хаоса, то это значит, что не будет нас — тебя и меня, не так ли?
— Так.
— Тогда пусть так и будет. В конце концов я устал от своего долгого существования. Но иди, теперь я должен вернуться к своему народу. Надеюсь нам удастся выстоять еще немного против Хаоса. Прощай!
И Морской Король, погрузившись в воду, исчез в набежавшей пенной волне.
Когда они все же выбрались в форт Вечера, герольд выбежал им навстречу, чтобы помочь.
— Как прошла битва? Где флот? — спросил он у Мунглума.
— Уцелевшие еще не вернулись?
— Уцелевшие?… Значит…
— Мы разбиты, — холодно отрезал Эльрик. — Моя жена еще здесь?
— Нет. Она уехала в Каарлаак сразу же после отплытия флота.
— Отлично. У нас еще есть время, чтобы выстроить новую защиту против Хаоса прежде, чем они доберутся в такую даль. Сейчас нам нужны пища и вино. Мы должны обсудить план новой битвы.
— Битвы, мой господин? С кем мы будем бороться?
— Мы еще посмотрим, — сказал Эльрик, — еще посмотрим…
Позднее они вышли встретить остатки флота, вернувшиеся в гавань. Мунглум был совершенно деморализован.
— Всего несколько кораблей, — сказал он. — Это черный день.
Позади него в крепостном дворе раздались гулкие звуки.
— Вестник с континента, — сказал Дайвим Слорм.
Они спустились вниз во двор и через некоторое время увидели лучника в ярко-алых доспехах, ведущего за собой на поводу лошадь. Его худое изможденное лицо было покрыт шрамами. Он шел, качаясь от слабости.
— Ракир! — Эльрик был поражен. — Ты же командовал Ильмиорской гвардией. Почему ты здесь?
— Мы бежали. Теократ подготовил не один флот, а два. Второй прошел по Туманному морю и неожиданно напал на нас. Наша оборона была опрокинута. Хаос вторгся, и мы были обращены в бегство. Враги высадились менее чем в сотне миль от Бакшаана и продвигаются через всю страну, — хотя «продвигаются» — это не то слово, вернее сказать «текут». Вероятно, они предполагают встретиться с армией Теократа где-то в этих местах.
— А-а-а, мы же совершенно разбиты, — и Мунглум, задыхаясь, замолчал.
— Мы должны иметь этот Щит, Эльрик, — сказал Дайвим Слорм.
Эльрик застыл, сердце бешено стучало.
— Любые дальнейшие попытки бороться с Хаосом обречены на неудачу, пока у нас нет защиты. Ракир, ты хочешь быть четвертым человеком из пророчества?
— Что за пророчество?
— Объясню позже. Что тебе нужно, чтобы вновь отправиться в путь?
— Два часа сна, и я буду готов. — Хорошо. Два часа. Готовьтесь, друзья, мы отправляемся за Щитом Печального Гиганта.
