Понедельник, но Палыча сегодня нет, что совершенно удивительно. Лазил в каптерку – моя сумка там так и стоит, в шкафчике, но сама каптерка забита таким количеством хлама, что не повернуться, и я, добираясь до сумки, больно ударился о стенку шкафа лбом.
9.6.10. 14–40
Среда. Опять был большой шмонный день. А у меня еще накануне было предчувствие, что вот – спокойно, спокойно вроде все, и вдруг как грянет... Точно! – в начале 10–го прутся шмон–бригады: 13 на тот “продол”, потом 11 на наш, еще 10 на тот, еще сколько–то к нам, потом еще... Началось, завертелось, короче. В окно той, где ремонт, секции я видел, как стояла толпа “мусоров” в “локалке” 6–го, у ворот – и потянулись по одному из дверей барака зэки с сумками. Значит, шмон с вещами! Господи, пронеси... :)
Вещи у 6–го шмонали, м.б., и не у всех – по крайней мере, у первых точно, а остальные, по–моему, просто составили их, как обычно, под стену барака. Через час, где–то в 10–25 – 10–30, уже начали уходить группами с того “продола” – и довольно быстро ушли, по–моему, все. Потом потянулись с нашего, но явно медленнее. А потом – еще не все с нашего, кажись, и уйти–то успели – произошло самое поразительное. Время уже 11–30, дело к проверке – а по “большому” прется еще одна шмон–бригада! Прется в нашу сторону! Ладно еще, когда 31.3.2009 они на 13–й изначально приперлись в полдвенадцатого, но – вторым заходом?! Зачем?.. короче, большая часть – на тот “продол”, меньшая – на наш, говорили – на 3–й.
Странно – потом узнал – что они не зашли на 9–й. Они перевернули вверх дном даже 1–й, “красный” из “красных” барак; а уж блатные – 6–й, 3–й, 7–й и на том – 12–й, 13–й, не знаю, какие еще, – это уж само собой. Я подумал сперва, что вообще повальный шмон по всем баракам... кроме 11–го. К нам опять не зашли!.. :))
В общем, спокойствие (относительное) продержалось месяц – с “масок–шоу” 6 мая. Помнит ли кто–нибудь, кроме меня, эти даты?.. Из разговоров в бараке, к моему удивлению, стали всплывать и причины этого повального сегодняшнего шмона. Первая – удивительная: будто бы (когда? вчера?..) бесконвойщики косили тут траву – то ли за зоной, вокруг “запретки”, то ли на самой “запретке”, я не понял – и и их с зоны закидали кирпичами или камнями, не знаю точно. Ну да – типа, это “красные”, “мусорские” подстилки, им так и надо, собственно, – но такой реальной, настоящей вражды к ним, чтобы камнями кидать, я никогда тут не видел. Наоборот, обычно тут тесная дружба и сходство до степени смешения. И вот... Типа, “спровоцировали” “мусоров”, как сказал, рассказывая мне об этом первым, любитель моих сигарет. Вторая причина прозаичнее: другой пацаненок сказал (и первую он тоже подтвердил), что всю ночь выла сирена и были вбросы (с воли через забор), что–то типа: 20 на один “продол”, 10 на другой, – и все их поймали те, кому они предназначались. Мусорам”, типа, не досталось ничего – вот они и озлились, пошли шмонать, твари... Что ж, может быть. Но я ничуть бы не удивился, если б оказалось, что был этот шмон просто плановым, без всякой особенной причины – тем более, что “режимный день”. Нигде ничего особенного не забрали (на 6–м – несколько пустых канистр для браги), но, по отзывам очевидцев, перевернули все в бараках буквально вверх дном.
Пошли на обед – небо уже угрожающе темнело, и за ровно 1 (или 2?) минуты хода от барака до столовки уже начало капать. Зашли, сели – и полилось, как из ведра, а потом и гром загрохотал – такой, что, казалось, столовка вся развалится от такого удара. Пришлось пережидать, пока утихнет – есть почти ничего не ел, а потом еще стоял у окна, смотрел на этот ливень, на задний двор с сараями, помойкой, на трубу бани напротив... Дождь слегка стих – и я почесал сразу, не заходя на 11–й, к телефонисту – отзвониться матери. (Слава богу, сегодня он не спал весь день, как вчера, когда я заходил и после обеда, и после ужина – без толку, а отзвониться удалось только после отбоя, когда я уж и сомневался – идти ли, не спит ли мать? – но послушался настойчивого внутреннего голоса, и не зря.) Промок все равно почти насквозь – и штаны, и “лепень” – пока дошел. Захожу – а в “фойе” у них стоят несколько сумок и клетчатых баулов – отголоски утреннего шмона... Отзвонился, да еще так удачно вернулся в барак – Палыч еще сидел, пережидал тоже дождь, а ушел через пару минут после меня, мне повезло не столкнуться с ним во дворе или – еще хуже – на “продоле”.
Пришел – а тут крутят Круга, и он пронимает меня насквозь, до слез, как всегда, всю душу переворачивает, и я не могу нормально писать – больше слушаю Круга, чем думаю, что пишу...
11.6.10. 9–00
