Вечер тоже был исключительно веселый. Агроном, “Макар”, Куртюков, оперА и пр. шлялись по нашему “продолу” и окрестностям. Агроном, “пробили”, вроде бы уже ушел с “продола” на “нулевой”; я пью вечерний чай, время – где–то без 20–ти девять, – и вдруг вбегает мелкий бывшеларьковский сучонок и говорит, что, мол, “Иваныч” (Агроном) велел всем выйти и построиться, и что–то про оперов, – они, что ли, требуют, или что им это надо, я толком не понял. Все, естественно, засобирались и быстренько побежали на улицу, хотя это смешно: куча народу все равно приходит с работы только к самой проверке – официальной, в 21–30, а до нее еще минут 40, и позвать их сюда раньше – никак нельзя. Я, не спеша, споласкиваю кружку, все прибираю, как обычно – в опустевшей уже секции; смотрю в окно – все сидят на лавках и на корточках, никакой проверки. В это время из “культяшки” выглядывают встревоженные блатные – узнать, что случилось; т.е., они еще даже не в курсе.
Опять прибегает какая–то сволочь (та же б. ларьковская, кажись) – и вопит, что, мол, считать будет сам “Макар”, идемте все побыстрее!!! Да ну?!!! :)) Выхожу – они уже стоят, построившись по бригадам. Но все равно в каждой бригаде половина (последние ряды) еще сидят или гуляют. На “продоле”, у самой калитки 11–го, стоят Палыч (с 6 утра и до 10 вечера вчера проторчал здесь!), Агроном и завхоз 11–го – ждут “Макара” из глубин “продола”! Великая русская школа подобострастия и раболепного холуйства, – младшие начальники лично ждут и встречают со всем почтением старшего, хотя, со стороны глядя, все они трое, плюс завхоз, – нечисть, навозные жуки, на которых наступить каблуком и раздавить, и цена им всем вместе – грош в базарный день...
Короче, я вышел без пяти девять, а “Макар” появился только в 11 минут 10–го. Четверть часа выстойки просто так – с больным позвоночником и сломанной ногой... “Макар” остановился на минуту, встреченный этими двумя холуями – и торжественно проследовал (проплыл как лебедь :) к выходу с “продола”. Агроном – за ним. Вот и всё “Макар будет считать!”... :) Палыча стали, естественно, просить посчитать отряд сейчас же, на что он вполне резонно ответил: “Еще не все пришли”. И так и ждали, как обычной проверки – до полдесятого, – выскочив на улицу аж за 45 (!) минут до нее (хорошо, мне хоть удалось сесть на скамейку). И, по аналогии с утренней наивной хитростью, – как только стали гавкать, что, мол, выходите на улицу, “Иваныч” сказал, и пр. – тотчас я подумал, что это, видимо, просто способ выманить всех на улицу, как любит вся эта мразь – намного раньше реальной проверки, за полчаса, за 40 минут, за час... Так и оказалось.
А пока стояли, ждали “Макара” – блатная сволочь упорно, чуть не поминутно, очень настойчиво гавкала, чтобы после проверки не расходились. Ну да – предстояла очередная дисциплинарная проповедь, – надо же отрабатывать свой героин и др. привилегии!.. Гавкал кривоногий, а вместе с ним – какой–то новый, приехавший, видимо, с “девятки” и сразу же воспринятый всеми как суперблатной, крутейший “авторитет”, имеющий “право” всем здесь приказывать и во все совать нос. На вид – ровно ничего интересного, лет 25 и – сразу видно, что умом не блещет, – панно во всю спину. Главная черта таких субъектов (можно сказать, единственная, в сущности, их черта, заменяющая им все остальное) – это наглость. Немыслимая, феноменальная бесцеремонная наглость, обычного, неподготовленного (а тем паче – интеллигентного) человека попросту сбивающая (фигурально) с ног, ошеломляющая – и после этого с ним можно делать все, что угодно...
Так вот, закончилась проверка – и они устроили прямо на вскопанном поле во дворе митинг. Быдло позвали – и оно многослойным кольцом окружило кривоногого наркошу и его нового соратника. Тот произнес очередную агитационно–воспитательную речь в пользу режима – о зарядке, о столовке, о каптерке, о том, что не надо даже в жару сидеть во дворе голыми и обливаться водой, если идут “Макар”, Куртюков и др. “Даже МЫ!!!” делаем (или не делаем) то–то и то–то; “даже Я!” – целый день сидел в этой душегубке (“культяшке”) или беру с собой одежду, идя загорать, – было высшим и неоспоримым аргументом: как же, если уж даже ОНИ, эти высшие существа, небожители, “ЛЮДИ” :)))) в чем–то себя ограничивают, – то как осмелятся не ограничить себя в том же и остальные?!! Низшие, то бишь, по умолчанию, не выразившие, как обычно, ни малейшего протеста по поводу того, что их открыто, прямо в глаза, объявляют низшим сортом...
Я сидел, как и некоторые другие, на лавочке и не слушал эту речь, которую все равно, и подойди я ближе, не было бы как следует слышно за спинами толпы. На реальных митингах в Москве не зря в таких случаях, даже без всякой трибуны, говорят в мегафон. Мне было не слышно – и не интересно это слушать. Меня тошнило от их бесконечных и бесконечно лживых лицемерных речей. Послушай, что “сказали” блатные – и сделай все наоборот, – так я сформулировал для себя вчера вечером правильный лозунг (увы, по определению невыполнимый для быдла).
