До арки, в которой стояла Ксения, было две сотни метров. Валера задумался о том, что ей скажет: «Всё-таки что-нибудь совру? Опять запущу череду лжи и недомолвок?» От этой мысли стало так неуютно, что он ускорил шаг.
Ксения стояла, прислонившись к стене, и хотела что-то спросить у только что прибывшего Валеры, но тот её опередил:
— Ты должна знать…
Мужчина рассказал о двух встречах с Алиной и о том, что та знает про лабораторию Лебенслихт. Ксения опешила и целую минуту молчала, переваривая информацию.
— Вот значит как, — только и выдавила девушка. — Если она говорит правду, то нынешний Культ не имеет отношение к погрому.
— Однако к нему может иметь отношение этот Иван.
— Пока не понять, но он — наша единственная зацепка. Валера, а… как ты относишься к Алине сейчас?
Валера тщательно подбирал слова, чтобы сформулировать мысли, которые до этого проносились в районе бессознательного:
— Мы многое прошли бок о бок. И в итоге продолжаем общаться. Всё.
Лицо Ксении выражало что-то среднее между сомнением и недоверием.
— Но ты — просто атомщик, которому нужно каждые три дня регистрироваться в Эннее, а она — кто бы мог подумать — возглавила международную организацию, и в её подчинении тысячи людей.
Валера просто пожал плечами. Мол, ну, да.
— Тогда будем надеяться, что она нам… тебе поможет.
— Ждём, — подтвердил Валера.
— Осталось только одно место, которое могло бы пролить свет на исчезновение профессора.
— Так записано в книжке?
— Нет — это относится к нему самому.
Перед ними стояла пятиэтажка, глядя своими глазами-окнами. Приближался вечер, жители включали свет, открывая возможность заглянуть в свои миры, где наполнение каждой из квартир было уникальным.
Ксения указала на балкон под самой крышей. Там было по-неуютному темно.
— Он живёт там, — сказала девушка. — Я приходила на прошлой неделе, стучалась, но никто не ответил. Конечно, если бы я инсценировала своё исчезновение, то на километр не приближалась к своему жилищу, но…
Они зашли в подъезд. Валера был впереди, руки непроизвольно сжимались в кулаки — не в первый раз приходилось навещать квартиры, которые якобы пустовали.
Лифта в доме не было, с лёгкой одышкой поднялись на последний этаж — сказался день на ногах. На площадке было четыре двери, Валера нажал на звонок крайней. Он прозвенел где-то вдалеке. Валера повторил ещё несколько раз, хотя понимал, что, пожалуй, нет ни единой причины отзываться тому, кто на тот момент находился бы в квартире.
На удачу он повернул ручку, и дверь открылась. В этот момент кровь наполнилась адреналином, все мышцы разом напряглись. Ксения испуганно охнула, а Валера посмотрел на неё и сделал жестом «тихо».
В квартире пахло неприятно: смесь спёртого воздуха, курева и чего-то гадостного. Валера различил в полутьме коридора ложку для обуви и вооружился ей. Медленно, шаг за шагом, он осмотрел кухню, единственную жилую комнату и ванную. Из туалета разило аммиаком, даже слёзы навернулись на глаза.
Лишь убедившись, что людей внутри нет, Валера чуть расслабился, но ложку из руки не выпустил.
— Твой профессор курит? — спросил он у Ксении.
— Да вроде нет…
— Тогда он либо сошёл с ума, либо его здесь ждали.
Комната была вверх дном, содержимое всех шкафов, комодов и полок валялось на полу. Кухонный стол оказался завален пакетами из-под лапши быстрого приготовления, там же стояли несколько кружек и тарелок, доверху наполненных окурками. Сколько времени может понадобиться обычному человеку, чтобы выкурить столько? Нет, тут их явно было несколько.
— Похоже, за ним идёт охота, — предположила Ксения.
— Его уже могли поймать.
— Не верю… но зачем всё перелопачивать? Неужели тут замешан
— В чём польза этой
— Я сама не знаю! Но если Леонид Венедиктович вправду нашёл что-то такое, что будоражит умы атомистов…
— Думаю, лучше отсюда уйти, — сказал Валера, пытаясь определить, не оставили ли они следы.
— Может, оставим послание профессору?
— Нет! — категорично ответил мужчина. — Если люди из вашей организации его ищут, то были тут и не раз. Может, прямо сейчас смотрят за нами… не подходи близко к окнам.
Ксения сжалась и засеменила к выходу. Валера пошёл за ней, потёр рукавом все места, которые касался пальцами, и закрыл за собой входную дверь.
На улице он сказал идти вперёд, пока они не оказались в нескольких кварталах от дома профессора.
— Здесь больше нельзя появляться — к нам могут возникнуть ненужные вопросы.
— Как скажешь… тогда пора прощаться — разойдёмся по домам. Я продолжу изучать записную книжку — может, что-то упустила.
— Тебя проводить?
— Нет, нет… хочу проветрить голову. Спасибо, Валера, и пока. Как будет информация — звони.
Валера сверился с картой и направился в сторону «штаба».
«Вот, называется, прогулялся: хотел посмотреть музеи с искусством, а вместо этого наткнулся на музеи человеческих пороков…»
