- Ты не мог бы просветить меня, «балбеса», в отношении твоих предпочтений?
- Абсолютно исключено. Ты свой выбор сделал, насколько я могу судить, хотя и в весьма оригинальной форме. Нет никакой необходимости это обсуждать. Тем более, что мы с тобой уже договорились – все это пустяки.
Что-то я не заметил, когда мы успели договориться о том, что все, из чего состоит сейчас моя жизнь – это пустяки. Ему, конечно, виднее.
Зря я рассказывал о наших проблемах. Он явно не желает вмешиваться. Во всяком случае, не сейчас.
Клаусу Каесиду.
Ашфорд.
Ирландия.
28.10.1981
Кес, как ты можешь так равнодушно относиться к тому, что у нас происходит?! Посмотри, что он вытворяет, люди на улицу выйти боятся! Ты ведь тоже живешь в этой стране! Я не верю, что тебе все равно!
Альбус.
Стала пуганой птица удачи - и не верит чужим рукам,
Да и как же ей быть иначе - браконьеры - и тут, и там.
Подкрадешься - она обманет, и вот уже навсегда ушла,
И только небо тебя поманит синим взмахом ее крыла.
«Машина Времени»
Альбусу Дамблдору.
Хогвартс.
30.10.1981
Приветствую, Альба!
Что, реальность замучила? Это бывает, мой мальчик, еще как бывает. Ты же не мог забыть выведенный нами лет сто назад основной принцип мироздания. Не стоит беспокоиться по пустякам. Эстетичнее, конечно, сказать это по латыни, но тогда получится мораль, а моралист у нас ты, так что я лучше не буду.
Все пройдет, можешь мне поверить, а то ты от расстройства сделал целых две фактические ошибки в шести словах. Во-первых, я не живу, а существую. Как данность. Во-вторых, не в вашей стране, а в соседней. И не надо мне напоминать, что вы считаете ее своей, от этого ничего не меняется.
Кстати, о лояльности. Если рассматривать вопрос с вашей конкретизированной человеческой точки зрения, то твои претензии, вызванные моим нынешним местом жительства совершенно не обоснованны. Я, конечно, не ирландец, как ты сам понимаешь, но стране этой признателен, а лояльность к англичанам здесь непопулярна. Может, я что-то и путаю, но совсем недавно точно была непопулярна. Буквально на днях, всего-то лет сто пятьдесят назад в Севочкином лесу крестьяне вырезали целый отряд англичан. Как они в лес вошли, так ни один и не вышел. Большой отряд на лошадях, с пушками, с офицерами... Я им еще с башни рукой помахал, попрощался, так сказать. Они мне тоже улыбались... Что-то я отвлекся.
Ты вообще много суетишься, на мой взгляд. Успокойся, природу этого мира изменить нельзя.
А тебе надо отдохнуть как следует, не стоит думать сразу обо всем человечестве - это опасно для хорошо структурированного мышления. У тебя начались с этим серьезные проблемы, с тех пор как ты решил воевать, вместо того, чтобы делом заниматься.
Загляни как-нибудь, я всегда тебе рад. Буду ждать ближе к полуночи после войны. Тебя устроит?
Твой очень старый Кес.
Однажды летом в январе
слона увидел я в ведре.
Слон закурил, пустив дымок,
и мне сказал: «Не пей, сынок».
История информационно-юридическая, рассказанная исключительно мистером Люциусом Малфоем, потому что профессор Снейп, в целях безопасности своего «клиента», до сих пор категорически отказывается комментировать данные события. А с самого «клиента» что взять.
С одиннадцати лет я каждое утро просматриваю «Пророк». Где бы я ни находился. Как бы я ни провел ночь, и что бы ни ожидало меня днем. Ничто в мире не может заставить меня отказаться хотя бы бросить беглый взгляд на первую страницу. Просто чтобы убедиться – все в порядке. Конец света пока не наступил.
Айса это раздражало. Его доводы были весьма убедительны:
«Что у них может случиться?!», «Разве стоит им доверять?!», «Очень глупо тратить время на чтение газет!», «И таким образом ты хочешь узнать новости?»
- А как ты узнаешь новости?
- Если у них случится что-то действительно достойное внимания, Кес оповестит меня.
Кто бы сомневался!
- А мне как прикажешь их узнавать?
- Так и быть. Тебе тоже расскажем.
Действительно.
Привычку получать утром газету привил мне отец. Он выписал для меня «Пророк», когда я впервые уехал в Хогвартс. Почти до четырнадцати лет я его не читал. Только пролистывал и смотрел картинки. Пока однажды не увидел на первой полосе портрет моего отца. Так я узнал о его смерти. И с того дня научился газету читать.
Я, конечно, сохранил тот номер. Прочел его целиком и даже выучил наизусть. Весь. До сих пор помню рецепт любовного зелья от Вантес Вотс. Однажды рассказал о нем Айсу. Он уверял, что я все перепутал, и это усовершенствованный вариант пургена. Ничего я не перепутал. Но не буду же я спорить с Айсом о зельях. Ему видней.
