- Как только я освобожусь, мы с тобой все приготовим. А то, знаешь ли, всякое может случиться. И попроси, пожалуйста, Кровавого Барона подежурить на Астрономической башне, пока все не закончится. А то кто там только по ночам ни бегает.
Я послушно воспользовался камином, чтобы вернуться к себе. Настроение испортилось сразу и невероятно. Альбуса здесь больше ничто не держит. Теперь он готов умереть в любую минуту. Он закончил все свои дела.
Если бы я смог заранее просчитать эту закономерность, я бы не стал им помогать.
Ни за что бы не стал.
Моего нового соседа звали Мундугус Флетчер.
Типом он был преотвратным. В ту же ночь, когда его привезли, позаботился, чтобы я узнал, как его зовут. И что он вообще здесь есть.
Как только он убедился, что я это знаю, спросил, через сколько дней планируется ближайший побег.
Я растерянно посмотрел на Криса. Он, как обычно, пожал плечами, но отстукал что-то в ответ. На этом первичные переговоры закончились.
Перестукиваться я не умел.
Руди пытался еще в самом начале учить меня этой премудрости, но как-то безуспешно.
Я не мог понять, зачем это нужно. Записку всегда можно передать с охранниками, а перекинуться парой слов - на прогулке или за шашками. Если что-то было нужно срочно, то Руди и Эйву я писал на латыни. А Уолли и так всегда знал, что я хочу сказать.
К маю Драко отчаялся.
Выражалось это в абсолютном нежелании учиться, бесконечных ссорах с Крэббом и маниакальном стремлении выбраться из создавшейся ситуации любой ценой.
Желание такое было, разумеется, неосуществимо. И я, помня предостережения Дамблдора, ходил за ним и следил, чтобы он не отколол чего-нибудь непоправимого.
Довольно быстро выяснилось, что слежу за ним не только я. Поттер сам не понимал, во что ввязался. Две мантии невидимки в одном коридоре, может быть, и многовато, но если бы Поттеру удалось так или иначе открыть комнату необходимости, стычка была бы неминуема.
Все это меня беспокоило. А главное, отнимало уйму времени. Хотя, если сравнить, сколько времени я отнял у Фэйта…
Следил я за Драко не зря. Поттер не смог открыть комнату необходимости, зато умудрился устроить драку в туалете, да еще и при свидетеле. Глупое привидение в секунду разнесло по школе, что Поттер убил Драко Малфоя.
Никто никого, конечно, не убил, но Поттер воспользовался режущим заклятьем. Велев ему дожидаться меня на месте преступления, я повел Драко в Больничное крыло, размышляя по дороге, откуда гриффиндорский шестикурсник может знать заклятье «Sectumsempra». На таком уровне, чтобы применить его в дуэли, - ниоткуда не может. Кроме того, у меня возникло неприятное ощущение, что мальчишка сам не понял, как так вышло.
Но где-то же он почерпнул эти сомнительные знания?
Где?
— Я не хотел, чтобы так получилось, — сходу зачастил он, как только я вернулся. — Я не знал, как действует это заклинание.
Да вижу я, что ты не знал. Вопрос не в этом.
— Я, по-видимому, недооценил вас, Поттер. Кто бы мог подумать, что вам знакома такая тёмная магия. Кто научил вас этому заклинанию?
— Я… где-то прочитал о нём.
— Где?
— Оно было… в библиотечной книге, — отчаянно врал он. — Я не помню, как она называ…
— Лжец, — мстительно сказал я и, когда он окончательно растерялся, довольно бесцеремонно залез в его сознание.
А вот и оно. «Углублённое зельеделие». Ах ты, мелкая поганка! Куда смотрел Слагхорн, когда раздавал мои книги?! Ты не звезда зельеделия, ты лгун и самозванец. Тьфу.
— Принесите мне вашу сумку. И все ваши учебники. Все до одного. Принесите мне их сюда. Живо!
Он тут же развернулся и, шлепая по залитому водой полу, пошел выполнять приказ. Я вытащил из кармана мантию Фэйта и, завернувшись в нее, отправился следом, высушив при выходе ботинки, чтобы не оставлять в коридоре луж.
Поттер побежал в гриффиндорскую гостиную. Выскочив оттуда через пару минут со своей сумкой, он устремился на восьмой этаж, остановился у гобелена с танцующими троллями, закрыл глаза и начал вышагивать перед ним взад и вперед. Дверь в комнату появилась раньше, чем он открыл глаза. Мальчишка рывком распахнул ее и нырнул внутрь. Дверь шумно захлопнулась за его спиной.
Я развернулся и поспешил обратно на седьмой этаж. Вряд ли ему потребуется много времени, чтобы спрятать мой учебник.
Надо еще будет не забыть забрать его оттуда.
Это мой учебник!
Поганка четырехглазая.
— Так это ваш учебник «Углублённого зельеделия», Поттер?
— Да, — ответил он, тяжело дыша после беготни по коридорам, и сделал самое дебильное лицо, которое я вообще когда-либо у него видел.
— Вы в этом совершенно уверены, Поттер?
— Да, — произнёс он вызывающе.
— Тогда почему у него на внутренней стороне обложки подписано имя Рунил Уазлиб?
Ух, как он испугался!
— Это моё прозвище. Так меня называют друзья.
— Я знаю, что такое прозвище.
Он испуганно молчал.
— Знаете, что я думаю, Поттер? Я думаю, что вы лжец и обманщик и заслужили наказание у меня каждую субботу до конца семестра. Как вы считаете, Поттер?
— Я… я не согласен, сэр…
Нет, дорогой, не играть тебе больше в квиддич.
