К тому же я хотел узнать именно то, чего Кес не стал бы мне говорить.
Все шло хорошо, за исключением того, что слушать их было невероятно скучно. Я засыпал и пропускал самое интересное. Потому что ну не могли же они две ночи подряд обсуждать такую чепуху.
- Кес, поставь ему лохань с водой.
- Зачем?
- А как в Авиле было. До сих пор смеюсь, если вспоминаю.
- Это у меня садистские наклонности?
- Подумаешь, ноги промочит. Вряд ли ему это повредит. Что ему простуда, у него и носа-то нет.
- Вот именно.
- Нужна какая-нибудь его вещь. Хорошо бы прядь волос…
- Откуда? У него нет волос.
- Совсем?
- Ну… не знаю. Не проверял. На голове совсем нет.
- Сложно очень без вещи.
- Это не обязательно.
- С вещью надежнее. Но вообще-то ты такую дикость придумал…
- Он знает, когда его поминают, и может при этом явиться. И у него наличествуют все три признака беса, Ник. Он ненавидит людей как венец творения…
- Он их просто ненавидит.
- Это не важно. Он вводит в заблуждение и обманывает доверяющих ему, и он умеет вселяться в человека.
- Ты уверен?
- Да. Альба в ужасе был, когда это обнаружил.
- Тогда пожалуй.
- Последнее - самое важное. Ты умеешь вселяться в человека?
- Нет. Я однажды, лет двадцать назад, вселился в перо Альбы, а он взялся Гриндельвальду письмо писать. До сих пор неловко. Надо было в чернильницу вселяться.
- Ник, я серьезно с тобой разговариваю.
- Так и я не шучу. А где твой квадрат Меркурия?
- Нет, Ник, в данном случае я буду держаться христианской традиции.
- Как раз в данном случае, это более чем опасно. Он ведь сможет выйти, он все-таки еще и человек. В какой-то степени.
- Теоретически - вполне.
- И практически тоже.
- Вот и проверим. Он давно не думает той частью, которой смог бы выйти.
- Воду все-таки поставь. Ему ущерб невелик, а тебе спокойнее. Это его и отвлечет, и озадачит.
- Я надеюсь, что он не придет, а ты боишься, что выйдет. Да я счастлив буду, если он выйдет.
- Ты все еще на что-то надеешься?
- Я люблю выигрывать невинные пари. Хобби у меня такое.
- Я помню. Ты не любишь побеждать, но любишь выигрывать. С кем ты успел заключить пари на этого несчастного параноика? Неужели с Альбой?
- Да нет. Скорее сам с собой. Но я очень хочу выиграть.
- Я и смотрю, на Альбу вроде не похоже. Тебе собственных проблем не достаточно?
- В смысле? Ах, это. Ну, это совсем другое дело.
- Заканчивай поскорее это дело.
- Да угораздило сдуру так вляпаться. Теперь никак не выберусь.
- Не могу сказать, что ты нашел лучший вариант.
- Лучший я безвозвратно потерял почти триста лет назад. Но этот тоже ничего.
- Думаешь, получится?
- Я дожму его, Ник.
- Смотри не перестарайся.
- Никуда он не денется. Не знаю как, но… Никуда не денется.
- По-моему, ты перепробовал уже все.
- Посмотрим.
- Будь аккуратнее.
- Строго говоря я еще даже не начинал.
- Ждешь свободного волеизъявления? – засмеялся Фламель. – Это всегда было твоей слабостью. Смотри, как бы до него раньше не добрался… Я все время забываю, как его зовут. Том, кажется?
- Том. Конечно, Том. Их всегда так зовут. Удивительно, что самого Альбу зовут иначе.
- Да ладно тебе. Не усложняй.
- Они задумали что-то очень опасное, - наморщив лоб, сообщил Фэйт.
- Когда?
- Кажется, сегодня ночью.
Я так и знал. Если Кес разгоняет родню и закрывает Ашфорд, это всегда означает только одно: он задумал что-то опасное.
Но подробностей Фэйт или не знал, или не хотел говорить.
Есть только две бесконечные вещи: вселенная и глупость. Хотя насчет вселенной я не вполне уверен.
Приписывается Эйнштейну
- Пойдем посмотрим? – спросил Айс примерно таким тоном, каким спрашивал когда-то, умеем ли мы играть в «кукушку».
Конечно, пойдем. Причем прямо сейчас.
Мы устроились за диваном на Тревесе, накрывшись сверху моей мантией-невидимкой, и ждали Кеса. Айс держал в левой руке часы, которые оставил ему Дамблдор, и следил по ним за временем.
Кес появился сразу после полуночи. Поставил на стол подсвечник, в котором горели в ряд семь свечей, пролистнул принесенную с собой небольшую и, как мне показалось, маггловскую книжку в мягкой черной обложке, поглядел на нее скептически, пожал плечами и, заткнув за пояс, прикрыл камзолом.
После этого он отошел в дальний угол Тревеса и принялся расчерчивать пол.
Я так и думал.
Только Айсу не стал говорить.
Кес надумал вызывать какого-то беса.
- Что он делает? – спросил Айс, высовываясь из-за дивана почти по пояс.
Я дернул его обратно.
- Очередного демона сейчас приведет.
Он посмотрел на меня удивленно и недоверчиво.
- Кес никогда ничем таким не занимался.
На мой взгляд, это только усложняло ситуацию. Хорошо, что мы тут сидим. Мало ли.
- Я пойду посмотрю.
Айс стащил с меня мантию, завернулся в нее и, видимо, пошел «смотреть». Вернулся он довольно быстро.
- Ну?
- Кес чертит все в одном месте, - недоуменно прошептал он. – Ты понимаешь… Там пентаграмма, в ней гексаграмма и сверху еще семиконечник. А внутри всего этого – круг. Я не представляю, от кого можно так защищаться, а главное…
- Ну?
- Фэйт, он-то встанет в этот круг, а мы-то с тобой здесь останемся.
- Думаешь, оно… захочет напасть?
