Что ж, учи.А то я пучусь, да влечет к отливуВрожденная, наследственная лень.АнтониоТы и не знаешь, как тебе любаМысль, над которой ты сейчас смеешься.Ее отбрасывая, тем сильнейК ней тянешься ты. Пленников отливаИ в самом деле держит на мелиЧаще всего их собственная леностьИли боязнь.СебастьянПо жару глаз и щек,По родовым потугам трудной речиЯ вижу — ты не шутишь. Продолжай.АнтониоТак вот, хоть этот, с памятью короткой,Синьор (да, впрочем, и о нем самомТакою же короткой будет память),Хоть он почти уверил короля —Ведь он мастак по части уверений, —Что королевский сын не утонул,Но это чушь — как если бы сказали,Что спящий не лежит здесь, а летит.СебастьянНа то, что спасся принц, надежды нет.АнтониоЗато какую мощную надеждуДает это тебе! Так высокоИз безнадежности растет надежда,Что и мечта не в силах досягнуть.Согласен ты, что Фердинанд погиб?СебастьянДа, утонул.АнтониоИ кто ж теперь наследник?СебастьянНаследница престола — Кларибель.АнтониоТунисская царица, до которойВсю остающуюся жизнь плывиИ, не доплывши десять миль, подохнешь.Туда и вести не подашь иначе,Как отрядивши солнце вестовым,Если не хочешь ждать, пока губуНоворожденную усы оденут.За краем света Кларибель, за морем,Что поглотило наши корабли,Но выметнуло нас с тобой на ролиРешающие. Прошлое — пролог;Теперь приступим к пьесе.СебастьянЧто такое?..Да, Кларибель — тунисская царица.Конечно, от Неаполя тудаНеблизкий путь.АнтониоИ каждый фут путиКричит: "Вовеки не преодолетьТакого расстоянья Кларибели,В Неаполь не вернуться! Себастьян,Проснись!" Представь, что их не сон свалил,А смерть, — и велика ль потеря будет?Отыщется достойнее король,Чем этот спящий; сыщутся вельможиЕще велеречивей, суесловней,Чем ваш Гонзало; я умею самНе хуже стрекотать. О, если б мог яВдохнуть в тебя свой дух! Каким подножьемТебе бы послужил их этот сон!Меня ты понял?СебастьянКажется.АнтониоИ что же?Так и упустишь счастье?СебастьянПомню я,Как Просперо изгнал ты из МиланаИ занял братний трон.АнтониоИ плохо, что ль,Сидит на мне державная одежда?И слугами теперь мне слуги брата,Что раньше были ровнею моей.СебастьянА совесть как же?Антонио
