— Простите, Иван Васильевич, я вас не узнала, наверно, разбогатеете, — проговорила женщина, откидывая цепочку и пропуская Пекина.
— Мы еще не были бедными, — проворчал Пекин, поднимаясь по лестнице на второй этаж. — Он у себя?
— В столовой, второе докушивает, — ответила женщина, запирая дверь на ключ.
— А, Иван Васильевич! Дорогой ты мой! — воскликнул Чекмарев, выскакивая из-за стола. — Покорно прошу садиться. С чем изволили пожаловать?
— Весточку важную принес, Иван Иванович! Сын старший вернулся от Колчака.
— Как, сын вернулся? Совсем, что ли? — беспокойно взглянул Чекмарев.
— Пришел по заданию, от нашего уважаемого Александра Васильевича, от нашего будущего царя, — улыбнулся Пекин.
— Убей бог, не слыхал о таком царе, — угрюмо посмотрел Чекмарев.
— От самого его превосходительства адмирала Колчака, — пояснил Пекин.
— Какой же он царь? — усомнился Чекмарев.
— Будет царем, верно говорю.
— Значит, к этому дело двигается? — с надеждой спросил Чекмарев.
— Дела, брат, на мази. Скоро их превосходительство сюда изволят пожаловать! — с восторгом произнес Пекин. — А пока они там в дороге, нам нужно самим кое-что в городе подготовить... Чтоб было куда принять нашего дорогого правителя. Я думаю, Иван Иваныч, неплохо бы нам сегодня вечерком собраться, да и остальных всех собрать, кто идет с нами. Подыскать бы такое местечко, чтоб спокойнее обо всем поговорить.
— Найдем, Иван Васильич, найдем. Я думаю, лучше всего у Данилы Дормидонтовича Гусева. Дом у него обширный, укрыться есть где, а может быть, и сыновья его тоже вернулись от Колчака. Вместе бы с ними все обсудили.
— Мой Анатолий говорит, что их вышло пятеро, а всем удалось пробраться или нет, пока неизвестно. Так, значит, Иван Иванович, соберешь всех к Гусеву, а вечерком и мы с Анатолием приедем.
Вечером, крадучись, один за другим пробирались к дому Гусева. На столе, по-праздничному накрытом белоснежной скатертью, были выставлены закуска и выпивка, Явился и сын Пекина, колчаковский капитан.
— Мир вашей компании, господа! — поклонился он собравшимся и сел поодаль от стола.
— Анатолий Иванович, что же вы, братец мой?1 Давайте ближе к столу, выпьем по маленькой! — крикнул хозяин. — Приходили ко мне, шарили, да шиш нашли, С чем пришли — с тем и ушли. Чай, мы не дураки! Нате-ка вот, берите. Нет, брат, вокруг нас еще походишь, почешешься, — распространялся перед компанией Гусев. - Кому надо, тому мы не пожалеем, сами отдадим. Прошлый год пришли белые, сам пятьдесят тысяч золотом отдал.
— Господа! — начал Пекин-младший. — Город находится на военном положении — после десяти часов всякое движение прекращается, улицы патрулируются, До этого времени нам нужно все решить и разойтись. Давайте поскорее обсудим наши предстоящие дела... Отправляя нас сюда, Александр Васильевич сказал: «Во что бы то ни стало, а Казань вы должны взять в свои руки, то есть сбросить Советскую власть до прихода в город моего войска».
— Постой-ка, Анатолий Иванович, — прервал его Романов. — Ты все-таки пояснил бы, как это сделать?
— Тише, — махнул рукой Селиванов. — Продолжайте, Анатолий Иванович.
— Вот для этого-то я и прибыл сюда. Вы, наверное, знаете, что город пуст, красных войск в нем нет. Те части, какие раньше были сформированы и охраняли город, все высланы па фронт. А теперь, как нам известно, в городе начинают формировать новые части гарнизона. А из кого они формируются? — вопросительным взглядом обвел он присутствующих и, улыбаясь, продолжал: — Из мобилизованных деревенских мальчишек, вот из кого. Для успеха нашего дела нужно немногое. Скажу проще: этим деревенским баранам надо подменить командиров, а когда встанут во главе наши люди, — а они уже есть в некоторых частях, — то план нужно разработать так, чтобы все шансы были на нашей стороне. Подступать к этому делу надо умно, не кричать: «долой Советскую власть», а наоборот: мы, мол, за Советскую власть, но без коммунистов. Надо сделать так, чтобы части передрались между собой.
— Как же думаете это сделать? — спросили собравшиеся.
— Очень просто, — продолжал Пекин. — Русских натравим на татар, что, мол, татары хотят забрать Казань в свои руки. А татар натравить на русских и евреев. Когда же по городу пойдет резня и свалка, мы тут как тут. Тогда бери голой рукой, и Советская власть свергнута. Понятно?
— Так-то оно так, Анатолий Иванович, — возразил Селиванов, — да к татарам-то подойти как? Что ни говори, а им нужно втолковать на родном языке. Иначе не поймут они и на это дело не пойдут.
— Совершенно верно заметили, Петр Дормидонтович. Нам соваться в это дело нельзя. Нужно подготовить ихних же людей, которые имеют вес в городе — купцов, мулл и всех тех, кому не нужна и не мила Советская власть. А уж они-то сумеют подготовить своих людей. И с таким лозунгом определенно власть в городе будет наша, — закончил Пекин-младший.
— А ведь верно! — поразмыслив, сказал купец Романов.
— По-моему, тоже только так можно избавиться от большевиков, — утвердительно сказал Чекмарев.
