– Должно быть талантливейший человек он? Простите вы говорите о нём в прошлом времени, его что уже…?– Кому деликатно замолчал.
– Вы правильно догадались, к сожалению, он покинул этот бренный мир в прошлом году, воспаление лёгких сломило его окончательно, ставшее за течением лет хрупкое здоровье.– Голова Вина поникла, плечи опустились, было видно, что сейчас он вот-вот разрыдается.
– Ах, как жаль, ах какая бес сомнений потеря для всего искусства. Очень досадно, что мне не довелось свести знакомства с таким талантливым человеком, я думаю, у нас нашлось много бы тем для разговора.– Хапуджанинин на миг умолк, показывая, как сильно он скорбит вместе с Винченцо.
– Да, я ничего не делал, и совсем не понимаю, как такое случилось!– чей-то возмущённый голос звучал громче всех. Вин не видел этого человека, из-за спин людей, как и того, кто настойчиво задавал ему вопросы. – Да, это мои помои. Но я их никуда не девал, честное торговое! Сам не могу взять в толк. Вот они были в баке, раз и мигом исчезли, словно испарились мгновенно. Колдовство не иначе какое-то! Упаси меня бог шутить так с людьми!– оправдывался он громко. Толпа увеличивалась в размерах, любопытные не иначе, как со всего рынка потянулись привлечённые крикам и воплями. – Я тут совершенно не при чём, меня пытаются оговорить! Это всё происки конкурентов. Я честный предприниматель Мирус тому свидетель!– продолжал распинаться человек, полностью дезориентированный от сыпавшихся на него со всех боков обвинений.
– Винченцо у меня родилось одно предложение к вам.– Вновь замаячила перед глазами у друзей физиономия Кому-нар-ать.– Давайте покинем это излишне шумное место и поговорим где-то в тишине.
Вин только рад был этому, ему не терпелось, как можно скорее убраться отсюда и желательно, как можно подальше, Зак тоже поддерживал его в этом стремлении.
Хапуджанин привёл их в большущий шатер, раскинувшийся на незнакомой площади, что находилась в паре кварталов от рынка. По дороге он не смолкая рассказывал о своих многочисленных ролях и бесчисленных постановках, что сумел претворить в жизнь, тактично заметил о том, как нелегко зарекомендовать себя в большом городе, и, особо выделив, что Пьянтуз постепенно обрастает театральными традициями, в чём немалая толика его личной заслуги.
– Прошу проходите в наш скромный обитель искусства.– Кому-нар-ать точно занавес пред сценой распахнул карминового цвета балдахин, приглашая внутрь. Он провёл их хитроумными коридорами с матерчатыми стенками, изукрашенными различными сценами, должно быть взятыми из репертуара его труппы.
– Тут нам никто не помешает.– Доверительно произнёс хапуджанин заводя своих гостей в крохотное заставленное книжными шкафами с провисшими от непомерной тяжести наваленных на них толстых папок помещение. – Моя скромная приёмная, присаживайтесь,– скинув кипу исписанных корявым почерком бумаг, он освободил стул для Вина, а сам сел напротив.– Чувствуйте себя как дома…
Не успел, Кому закончить речь, а бывший студент присесть на предложенный стул, как в комнату вихрем ворвался неряшливо вида синор с увесистой папкой под мышкой. Его чёрные всклокоченные волосы торчали во все стороны, а глаза блестели, как у любителя дурмана.
– Ком, вот ты где!– вскричал он, будто репетировал роль,– я закончил сценарий, можешь ознакомиться, эта дополненная версия. – Мужчина явно нервничал, судорожно глотая воздух, как астматик то и дело, теребя пальцами шевелюру.
– Отлично Хуан, оставь сценарий я позже с ним ознакомлюсь.– Кому всем своим видом дал понять, что ему сейчас не до него.
– Хорошо-хорошо. В таком случае, я побуду за пологом, нам следует обсудить некоторые детали.– Изрядно суетясь, заявил тот, которого звали Хуаном.
– Не зачем можешь идти домой, сегодня я всё ровно не стану его просматривать. Мне некогда.– Отмахнулся известный, по его собственным заверениям театрал, от нервозного сценариста, словно от надоедливой мухе.
– Я сделал закладки к наиболее интересным моментам, их можно будет сразу просмотреть, на мой взгляд, они способны пробудить зрителя достучаться до самого чёрствого сердца.– Продолжал упрямо гнуть свою линию Хуан в упор, не замечая нежелания хапуджанина разговаривать с ним сейчас.
– Ладно, ладно, уговорил, я взгляну на них, как только выпадет свободная минута, а теперь извини, у меня дела есть кое-какие.
Несмотря на свой не малый вес и почтенный возраст Кому бодренько подорвался со своего места и быстрым уверенным движением буквально выдавил сценариста вон не забыв выхватить у того из рук папку. И уже обращаясь к бывшему студенту напыщенно произнёс.
