Буря Жнеца. Том 2 полностью

Да, это заклинательница костей. Ведьма, отдавшая душу ради того, чтобы залечить рану. Как это благородно – напрасная, неудачная жертва. Нет, женщина, я не стану по тебе плакать. Тебе нужно было отыскать другой способ. Остаться в живых вместе со своим племенем и помочь ему вырваться из темной пещеры блаженного неведения.

– Край по ту сторону умирает, – сказал Чик. Прозвучало, как будто его самого эта перспектива очень радует. Кольца на концах цепочки запели. Золотое, серебряное, оба размыты вращением.

Силкас Руин окинул взглядом своего сородича.

– Чик, ты так и не осознал… необходимости.

Тот ответил едва заметной, снисходительной улыбкой:

– Едва ли, о Белый Ворон. Едва ли.

Тогда воин-альбинос повернулся и вперил свои жутковатые, покрасневшие глаза в Удинааса:

– Она все еще с нами?

Ладошка Кубышки у него в руке напряглась, все, что он мог сделать в ответ, – ободряюще пожать ее.

– Она прикинула, где мы находимся, совсем недавно, – ответил Удинаас, на что Чик возмущенно зашипел. – Но сейчас – нет, она не здесь.

Силкас Руин обернулся к вратам:

– Значит, она приготовилась нас встретить. По ту сторону.

– Я бы не удивился, – пожал плечами Удинаас.

Сэрен Педак вздрогнула и спросила:

– Значит ли это, что Финнэст у нее? Силкас? Удинаас?

Силкас Руин покачал головой:

– Нет. Этого бы никто не потерпел. Ни ее сестры. Ни могущественные Взошедшие, которые, собственно, и распорядились в свое время Финнэстом.

– Тогда почему их сейчас здесь нет? – продолжала спрашивать Сэрен. – Почему ты думаешь, что они не будут возражать против твоего обладания Финнэстом, Силкас Руин, если они не потерпят того же самого от Менандор – мы ведь про нее сейчас говорим?

Удинаас фыркнул:

– Ты, аквитор, у меня в голове в каждую извилину заглянула?

Силкас на эти вопросы ничего не ответил.

Бывший раб кинул взгляд на Фира Сэнгара и увидел, что воин готов к бою. Да, мы уже совсем рядом, разве нет? О, Фир Сэнгар, я тебя вовсе не ненавижу. На самом деле ты мне скорее нравишься. Даже когда я насмехаюсь над присущей тебе честью. Даже когда критикую избранный тобой путь.

Точно так же, как раскритиковал вот эту самую заклинательницу, эдур, и по той же самой причине.

Потому что сам неспособен пройти этим путем.

Удинаас мягко забрал свою руку у Кубышки, потом достал висящее у него за спиной имасское копье. Подошел к Сэрен Педак. Вложил копье ей в руки, не обращая внимания на изумленно вздернутые брови, на замешательство во взгляде.

Да, аквитор, если ты захочешь помочь Фиру Сэнгару – а я полагаю, ты захочешь, – тебе оно нужней, чем мне.

Я-то собираюсь кинуться прочь.

Силкас Руин обнажил оба меча, вонзил их в почву перед собой. И принялся затягивать всевозможные застежки и ремни на доспехах.

Верно, какой смысл ломиться напролом безо всякой подготовки? Тебе придется двигаться быстро, Силкас Руин, правда? И очень даже быстро.

Он почувствовал, что рот его совсем сухой.

Сухой, как жалкий труп у его ног.

Сэрен Педак схватила его за руку.

– Удинаас, – прошептала она.

Он высвободился.

– Поступай как должно, аквитор.

Наш великий поход, год за годом, в течение которых мы только и делали, что переставляли ноги, подходит к концу.

Итак, пусть прольется кровь. Поприветствуем неизбежное.

Кто из нас, когда все закончится, выберется на сушу из багрового моря?

Руд Элаль, сын мой, я опасаюсь за тебя.

Три точки в небесах над южными холмами. Тот, которого звали Вал, обернувшись вполоборота, сощурился на Улшуна Прала, потом сказал:

– Давайте-ка в пещеру. И не отходите далеко от Онрака Разбитого. И Трулла Сэнгара.

Улшун Прал улыбнулся.

Солдат нахмурился:

– Бен, этот болван не понимает малазанского. – Он ткнул пальцем в сторону каменной россыпи. – Туда! Онрак и Трулл! Туда, бегом!

Высокий фыркнул:

– Вал, хватит уже. Болван прекрасно тебя понимает.

– Тогда почему не слушается?

– Откуда я знаю?