Однако Предатель, которого его рывок слегка вывел из равновесия, шагнул в сторону, чтобы устоять, – наступив на древко каменного копья, которое тут же провернулось под его ногой.
И рухнул.
Трулл, увидев копье, тут же потянулся за ним. Схватил обеими руками, потом, все еще лежа – один из поющих мечей был сейчас под ним, Предатель далеко вытянул руку, не желая выпускать рукоять, – ударил ему под ложечку тупым концом древка.
Удар вышиб весь воздух у него из легких.
Трулл метнулся назад, перекатился, меч, что был под ним, зазвенел по камням – рука Предателя не сумел его удержать. Схватив меч за рукоять, Трулл выдернул лезвие из кости.
Белое пламя продолжало пылать у него в мозгу, когда он заставил себя подняться – сначала на колени, потом на ноги. Ниже раны нога не слушалась, он зарычал от гнева, призвав всю свою волю, чтобы выпрямиться, – и, волоча ногу, шагнул к Предателю…
Сэрен Педак – попытка которой вскипятить Чику мозги успеха не принесла – сжалась в комочек, а тисте анди, на лице которого теперь играла ухмылка, бросил Удинааса и направлялся к ней, одной рукой обнажая рапиру, другой – кинжал. Красные зубы, красные потеки вокруг глаз – точно слезы…
В этот момент Трулл Сэнгар непостижимым образом сумел поразить Силкаса Руина – Белый Ворон упал на спину и стукнулся затылком о пол, удар оглушил его.
Услышав этот звук, Чик обернулся и, пригнувшись, тенью ринулся на Трулла.
Навстречу ему метнулось копье. Чик, на лице которого изобразилось изумление, сумел парировать выпад лишь в последний миг, с трудом остановился – и обнаружил, что теперь ему придется сражаться за собственную жизнь.
С раненым тисте эдуром.
Который уже потеснил его на шаг.
Другой.
На теле Чика стали расцветать раны. Левая рука. Справа поперек ребер. Насквозь прорезанная правая щека.
Внезапно атаковав и пугающе стремительно сменив направление движения, Трулл Сэнгар крутанул копье, каменное древко с хрустом сломало Чику правое предплечье. Снова
Трулл развернулся к Силкасу Руину…
Раненая нога подвела, и он рухнул наземь – до Сэрен донеслось проклятие, но это было все, что он мог сейчас сделать…
Белокожий тисте анди двинулся туда, где стоял Онрак. Единственный меч в его правой руке завыл, взмывая над головой.
– С дороги, имасс, – приказал он. – Тот, кто сзади, – мой.
Онрак лишь покачал головой.
Было ясно, что Силкас Руин прочел в лице воина недвусмысленный отказ, поскольку он взревел от ничем не сдерживаемого нетерпения – и выбросил вперед левую руку.
В Онрака ударила магия. Его подбросило высоко вверх, и он врезался спиной в каменную стену.
Падая всей тяжестью обратно на камни, он успел еще подумать одну-единственную мысль:
Беспомощно лежа на камнях, Трулл Сэнгар вскричал от бессилия, увидев, как магия окутывает Онрака и отшвыривает его в сторону. Он еще раз попытался встать, но раненая нога превратилась в чугунную гирю, тогда Трулл пополз к Силкасу Руину, оставляя за собой кровавую полосу.
Кто-то опустился на колени с ним рядом. На плечо легла ласковая рука.
– Остановись, – негромко произнес женский голос. – Остановись, Трулл Сэнгар. Уже поздно.
Удинаас с трудом мог дышать. Своими призрачными руками Сушеный что-то повредил ему в глотке. Он чувствовал, что слабеет, что вокруг сгущается тьма.
Он не смог.
Даже зная все – не смог.
Он заставил себя остаться в сознании, поднять голову.
Силкас Руин вложил в ножны единственный меч, шагнул к Улшуну Пралу.
Взял его за горло.
Слева раздался низкий женский голос:
– Только попробуй что-то сделать моему сыну, Силкас Руин, – и живым ты отсюда не выйдешь.
Он повернулся и увидел женщину, имасску, закутанную в шкуру пантеры. Она стояла над распростертым воином, которого он только что отшвырнул.
– Он жив, – сказала женщина, указывая на имасса у своих босых ног, – и это единственная причина, почему я еще не разорвала тебя на части.
Заклинательница костей, и огонь в ее кошачьих глазах не сулит ничего хорошего.
Силкас Руин ослабил свою хватку, протянул руку и ловко сдернул с пояса имасса перед собой кремневый нож:
– Это все, что мне нужно.
Как только его пальцы коснулись примитивного оружия, он понял, что так оно в действительности и есть.
Он шагнул назад, не спуская глаз с женщины.
Та не шевельнулась.
