Они даже не дернулись и не выглядели удивленными.
– Поднимайтесь! – рявкнул Сиррин, не скрывая радости и удовольствия, которое испытывал от происходящего. – Император требует вас к себе. Немедленно.
Плотно сжатые губы Томада дернулись, а затем старый воин поднялся на ноги.
Урут не пошевелилась. На ее лице застыла презрительная усмешка.
– Император желает видеть свою мать? Так пусть придет и позовет.
– Это приказ, женщина, – бросил Сиррин, нависая над ней.
– Я – Высшая жрица Тени, ничтожество.
– Которая подчиняется воле императора. Немедленно встаньте, или…
– Или что? Ты посмеешь поднять на меня руку, летери? Знай свое место!
Стражник потянулся рукой к Урут.
– Стоять, летери! – крикнул Томад. – Если не хочешь, чтобы у тебя кожа слезла с костей. Моя жена пробудила Тень и не потерпит, чтобы ее трогал кто-то вроде тебя.
Сиррин Канар почувствовал, что дрожит. От гнева.
– Тогда напомните ей, Томад Сэнгар, что ваш сын не любит ждать.
Урут медленно допила вино, поставила кубок на стол и не спеша поднялась.
– Уберите оружие, летери. Можете проводить нас, но мы с мужем в состоянии и сами дойти до тронного зала. Я предпочитаю второе, так что вот вам мое первое и последнее предупреждение: уберите мечи, или я всех вас убью.
Сиррин жестом приказал стражникам убрать клинки, после чего сделал то же самое.
– Наконец-то у нас будет возможность сообщить сыну все, что он должен знать, – произнесла Урут, обращаясь к Томаду. – Аудиенция у Императора. Какая честь.
– Не спешите радоваться, вам еще придется подождать приема, – усмехнулся Сиррин.
– Подождать? И сколько?
Летери улыбнулся.
– Это не мне решать.
– Опять ваши с канцлером игры? Я же вижу, что Рулад не сам это придумал.
– Увы, на этот раз вы ошибаетесь, – ответил Сиррин.
– Мне уже приходилось убивать тисте эдур.
Самар Дэв смотрела на Карсу Орлонга, а тоблакай изучал потрепанный доспех из ракушек, разложенный на койке. Перламутровые чешуйки потемнели и покололись, в некоторых местах виднелись проплешины, сквозь которые проглядывала недубленая кожаная подкладка. Карса собрал несколько сотен дырявых монет, отчеканенных из латуни и практически не имевших ценности: явно собирался делать из них заплатки.
Интересно, задумал ли он это как насмешку? Хочет увидеть презрительную ухмылку на лице Рулада? От Карсы Орлонга такого вполне можно ожидать.
– Я почистил колоду от неудачников, – продолжил он и оглянулся на Самар Дэв. – Где теперь эти, что из Анибарского леса? А летерийцы оказались еще более жалкими. Заметила, как они сжимаются при виде меня? Я отправлюсь в город, не снимая меча, и никто не посмеет меня остановить.
Она провела руками по лицу.
– Ходят слухи, что скоро объявят первый список чемпионов. Разбуди гнев этих людей, Карса, и долго ждать дуэли с Императором не придется.
– Отлично, – буркнул он. – А после я займу его место.
– Ты этого хочешь? – спросила она, недоверчиво сощурив глаза.
– Да, если так они оставят меня в покое.
Самар Дэв хмыкнула.
– Тогда метить в императоры тебе точно не стоит.
Карса выпрямился и придирчиво оглядел свой вычурный, пусть и потрепанный доспех.
– Я не собираюсь сбегать, ведьма. У них нет повода удерживать меня.
– Тебе никто не запрещает покидать подворье и ходить где вздумается… только меч оставь.
– Ни за что.
– Тогда будешь сидеть здесь и медленно сходить с ума на радость Императору.
– Думаю, я сумею пробиться.
– Карса, им просто нужно, чтобы ты не убивал невинных. Их можно понять, учитывая, насколько ты… ну, вспыльчив.
– Вот именно это недоверие меня и злит.
– Заслуженное, – парировала Самар Дэв. – Потому что тебе уже приходилось убивать эдур и летери. И преду в том числе…
– Я же не знал, кто он.
– А если бы знал, что изменилось бы? Ничего. И вот еще: он, между прочим, был братом Императора.
– Этого я тоже не знал.
– И?
– Что «и», Самар Дэв?
– Ты пронзил его копьем, так?
– Он атаковал меня магией…
– Я уже слышала эту историю от тебя, Карса Орлонг. Ты перебил весь его экипаж, затем высадил дверь его каюты, проломил черепа телохранителям. Знаешь, в такой ситуации я бы тоже воззвала к своему Пути, если бы могла, и обрушила всю его мощь на тебя.
– Думаю, разговор пора закончить, – проворчал тоблакай.
– Ну и ладно, – бросила она, поднимаясь со стула. – Пойду к Таксилийцу. Его упертость хотя бы можно терпеть.
– Вы что, спите теперь?
Она замерла в дверях.
– А если и да?
– Без разницы, – сказал Карса, впившись взглядом в разваливающийся доспех. – Я сломаю тебя напополам.
Мало других комплексов, так теперь еще и ревность? Нижние духи! Самар Дэв открыла дверь.
– Если на то пошло, то мне больше нравится старший оценщик. Увы, он принял обет безбрачия.
– Этот подобострастный монашек все еще здесь?
– Да.
– У тебя странные вкусы, ведьма.
– Даже не знаю, что на это ответить, – не сразу произнесла она.
– Так и не отвечай.
