Она так яростно отталкивала от себя любовь и полюбила человека, который никогда не ответит ей взаимностью. Он получил то, что хотел: старательную жену и возможность иметь ребенка.
Тело ее согрелось, но в сердце была пустота. Она тихо лежала, не желая посвящать его в свои проблемы. Он никогда не узнает, что она сделала именно то, чего он как раз не хотел.
Ли закрыла глаза, стараясь сдержать слезы. Одна слезинка скатилась по щеке, затем вторая проскользнула сквозь закрытые веки.
Кэбот лежал с закрытыми глазами, в полусне привалившись к спине Ли. Тело его расслабилось и отяжелело после только что пережитой ими страсти. Ее бедра плотно прижималась к нему, и он снова возбудился. Он вдыхал ее лимонный запах, ее влажная кожа манила его снова.
Что-то влажное и горячее коснулось его руки. Он попытался выдернуть себя из этого полудремотного состояния, но его расслабленное тело сопротивлялось усилиям. Он вдыхал запах ее свежевымытых волос, которые щекотали ему грудь и щеку.
Он вспоминал, как Ли крепко обнимала его, как трепетало, горело его тело в их страстных объятиях. Он чуть было не сказал ей, что любит ее, но удержался, желая подстегнуть ее желание.
Когда она пришла к нему, он был возбужден и шокирован, но потом она закапризничала, когда он приехал, а потом…
А почему сегодня? Может быть, что-то случилось, что изменило ее решение?
Опять что-то увлажнило его руку. Слеза. Она плакала. Почему?
Как почему? Из-за Беккера, конечно!
Черт ее возьми! Гнев забурлил в нем, перечеркнув радость обладания ею.
Будет ли она когда-нибудь полностью принадлежать ему? Даже теперь, в его объятиях, она плачет о другом мужчине. Он тихо лежал, прислушиваясь к ее рыданиям, наносящим его сердцу такие же раны, какие когда-то наносил Джон Бутчер его телу.
Кэбот не ожидал от нее любви, во всяком случае не теперь. Но он полагал, что небезразличен ей и что со временем она сможет Полюбить его.
Кэбот сжал зубы и попытался успокоиться. Она понимала и знала такие вещи про него, каких не знал никто. Она заставила его почувствовать, что он чего-то стоит, и он попытался отнестись к ней так же. А выходит, что она плачет о другом, о том, кого нет, о призраке. Он аккуратно убрал свою руку, мучаясь догадками, представляла ли она себя рядом с Робертом или нет.
Желание вспыхивало в нем снова, несмотря на его злость по отношению к ней. Он дотронулся до ее плеча, откинув ее густые волосы. Она принадлежит ему, черт возьми. Он может взять ее, войти глубоко в нее и похоронить все мысли о Роберте Бек-кере.
Он хотел повернуть ее лицом к себе и крепко прижать, но замер в нерешительности. Его мучила совесть, но он решил не поддаваться на ее уколы. Ли принадлежала ему.
Он провел пальцем по ее голому плечу и по руке. Она задрожала, и он улыбнулся этой реакции.
— Кэбот? — Голос ее от слез звучал хрипло.
Он нащупал рукой ее сосок, раздражая большим пальцем. Он может возбудить ее, хочет она этого или нет.
— Лежи тихо, — грубо сказал он. Сердце его колотилось в груди, шея покрылась потом. Он не хотел причинить ей боль, просто хотел обладать ею. Без Роберта.
Ее сосок напрягся и затвердел, превратившись в маленькую бусинку, и она повернулась к нему. Внутри у него все сжалось от желания. Он нагнулся, ловя ее губы своим ртом. Она ответила ему поцелуем, судорожно ловя воздух, когда он .наконец оторвался от ее губ.
— Опять? — сладко прошептала она.
Он снова стал целовать ее, не отвечая, а она обвила его шею руками, и Кэбот ощутил, как страсть спиралью закручивается между ними, стирая мысли о Роберте Беккере. Сейчас существовала только она.
Руки их сплелись, ее крепкие ноги обхватили его бедра. Страсть в вихре безумия закружила их.
Он кончил, прорычав ее имя. Открыв глаза, он увидел, что Ли лежит с закрытыми глазами. Он чувствовал, как она напряжена, затем она вздохнула и расслабилась на кровати.
Ему стало стыдно из-за того, что он не был нежен с ней, а думал только о своем удовольствии.
Она наблюдала за ним из-под опущенных век. Глаза ее были затуманены наслаждением и грустью.
Женщина, которая была удовлетворена, но не любима.
Кэбот с удивлением обнаружил, что была какая-то часть ее души, которую он не сумел узнать, и, когда она отвернулась от него на свою половину, он признал, что она отдала ему свое тело, но ни капельки своего сердца.
В последующие дни Кэбот постоянно задавал себе одни и те же вопросы, — вопросы, которые ему не нравились и на которые он не мог ответить. Он не мог отвязаться от мысли о том, почему же она решилась именно в эту ночь.
Не было никакого намека, никакой догадки. После того как он овладел ею второй раз той ночью, он решил больше не дотрагиваться до нее. И не дотрагивался. Но желание обладать ее телом превращалась в страсть, и только ее теплом он мог согреть пустоту своего сердца. А он очень боялся этого.
Ли разожгла в нем огонь, который с каждым днем становился все сильнее. Но вопрос преследовал его, разрушая доверие к ней. Почему она выбрала именно эту ночь? Что толкнуло ее к нему?
