В общем, крестьянин выкручивался как мог. Многое в этом плане зависело от конкретных условий жизни на тот или иной период. В этой связи интересно положение семейства Тарифа Мухаметсалимовича Асянова. Хозяину в 1917 году исполнилось 63 года. В семье также были его 62-летняя жена, два неженатых сына 33 и 24 лет, 17-летняя дочь. Земельный надел у этого семейства был достаточно большим – 12,32 дес.: 0,17 дес. – усадьбы, 9,60 – пашни, 0,44 – сенокоса, 2,11 дес. – прочих угодий. Но сеял он с семьей всего лишь 3,91 дес., да плюс пара было 1,94 дес. Всего 5,85 дес. В общем, можно было бы сказать – маломощный середняк. Но дело, оказывается, в том, что обоих сыновей царские власти забрали в армию на войну с Германией. Асянов с женой и дочерью не мог провести все работы на полях. Потому он принял самое простое решение – стал сдавать за деньги излишние земли в аренду бузовьязовцам. Малоземельными односельчанами у него арендовалось 3,32 дес. под озимые посевы и 1,66 дес. под яровые. И арендаторам польза, и хозяин в накладе не остается.
Но нужно было ведь еще платить различные налоги, за арендованную землю заплатить, оставить семена на следующий год. Для посева на одну десятину озимой ржи требовалось 8-10 пудов.
В общем, жизнь в деревне была несахарной. Для любого крестьянина труд на своем наделе земли являлся источником благосостояния и богатства. В 190'7 году в № 21 журнала «Нужды деревни» были обнародованы данные о крестьянском труде в цифрах. Из приведенных данных получалось, что крестьянин затрачивал на ведение сельского хозяйства 25—40% трудового времени. В зимние месяцы у сельчанина было мало работы. Летом же на своем участке земли он трудился и по 20 часов в день167. Нужно и за засеянными полями смотреть, пропалывать их. На зиму нужно заготовить сена. Затем осенью приходит страдная пора, нужно убрать с полей урожай. Перевезти снопы в родное селение. Тут еще картофель нужно вскопать и капусты нарубить. До зимы нужно перекрыть солому на крышах своих изб и сараев, поправить изгороди, подготовить сани к зиме, заготовить лыко, наплести лаптей и сделать колодки под них для сырой погоды. Нужно ведь еще рубахи справить и исподнее для холодной зимы. Еще приходилось женщинам коноплю (киндер) вымачивать, обрабатывать ее, чтобы потом посидеть за ткацким станком. Да и конопляное масло сделать – в ту пору конопля нужна была в первую очередь для житейских надобностей, а не для ловли подобающего настроения от ничегонеделания некоторыми нашими согражданами. Работы было завались. Да тут еще староста с утра заставит пойти или изгородь подправить на своем участке вокруг деревни или же поработать вместе с другими односельчанами у запруды мельничной. По весне ведь всякое может случиться после разлива. Вот и работают мужики на общество – мельница-то своя, деревенская. Далеко ходить не надо для обмолота своего зерна.
Крестьяне предпочитали забитую птицу или же мясо овец, коз, телят продавать на местных базарах. Да и куриные яйца тоже шли на базар. До революции ведь наша страна полностью обеспечивала потребности Франции и других западноевропейских стран в этом продукте. Да и хлеб родной тоже шел баржами в балтийские порты, а оттуда уже в алчущие нашего хлеба заморские дали. Вот потому в то время Прибалтика (латвийские, эстонские морские порты) наша процветала как транзитный экспортер российских богатств, не в пример нашему с вами времени. Да и некоторые из морских прибалтийских портов были построены руками российских людей, в основном каторжан, среди которых был и наш однодеревенец Канзафар Усаев.
В сельском дворе обычно стоял сарай со стойлами для домашней живности, курятник, клеть, баня. У бедных сельчан сарай представлял собой постройки из жердей, обмазанные глиной.
Домашний интерьер избы был также неказист. Входя в дом, внимание в первую очередь привлекала большая печь, располагавшаяся, как правило, в одном из углов. В печь был вделан казан (котел), где готовились семейные кушанья. Одна половина печи была предназначена для хлебопечения. Между печкой и стенами оставалось довольно большое пространство. Вдоль деревянных стен располагались деревянные же полати или же нары, служившие, как современные кровати или диваны. На нарах лежали горы подушек и одеял. Кроме простого кухонного стола, скамеек, простеньких табуреток, шкафа для кухонной посуды, сундуков с приданым и другими богатствами домашних, в доме практически ничего не было. По весне под нары ставили плетеную корзину, где высиживали свои яйца гуси.
На огороде и в саду выращивали картофель, редьку, свеклу, лук. Огурцы и помидоры, морковь и свеклу, капусту сельчане практически не выращивали. Яблонь, смородиновых, малиновых кустов также в садах не было. Это все в деревню пришло уже в советское время.
