Современные исследования доказывают, что граф Витт был австрийским шпионом, а Каролина Собаньская известна как верная и ловкая помощница в провокаторской деятельности графа Витта. Вигель писал, что «почувствовал от нее отвращение», когда узнал впоследствии, «что Витт употреблял ее и сериозным образом, что она служила секретарем сему в речах столь умному, но безграмотному человеку и писала тайные его доносы, что потом из барышей поступила она в число жандармских агентов. О недоказанных преступлениях, в которых ее подозревали, не буду и говорить. Сколько мерзостей скрывалось под щеголеватыми ее формами!».

Пушкин всего этого не знал. Для него Собаньская – нежная, прекрасная, и, может быть, легкомысленная полька, у которой есть богатый любовник. В глазах поэта она представлялась чем-то вроде содержанки. Желание отбить Каролину у графа Витта стало на какое-то время навязчивой идеей Пушкина. Как человек с истерическим характером, он ревновал не к мужу, а к любовнику, а близость Собаньской с графом подогревала желание поэта обладать этой женщиной еще больше.

Может быть, Собаньской посвятил поэт свою знаменитую элегию «Простишь ли мне ревнивые мечты», а которой Белинский видел одно из «лучших, задушевнейших созданий лирической музы» великого поэта. Это одна из самых автобиографичных его элегий, хотя уместно тут привести слова биографа Пушкина П. И. Бартенева: «Князь Вяземский журил нас, что мы в каждом произведении Пушкина ищем черт биографических, тогда как многое писал Пушкин, вовсе забывая о себе лично». Хочется привести эту элегию целиком.

Простишь ли мне ревнивые мечты,Моей любви безумное волненье?Ты мне верна: зачем же любишь тыВсегда пугать мое воображенье?Окружена поклонников толпой,Зачем для всех казаться хочешь милой,И всех дарит надеждою пустойТвой чудный взор, то нежный, то унылый?Мной овладев, мне разум омрачив,Уверена в любви моей несчастной,Не видишь ты, когда, в толпе их страстной,Беседы чужд, один и молчалив,Терзаюсь я досадой одинокой;Ни слова мне, ни взгляда… друг жестокой!Хочу ль бежать: с боязнью и мольбойТвои глаза не следуют за мной.Заводит ли красавица другаяДвусмысленный со мною разговор:Спокойна ты; веселый твой укорМеня мертвит, любви не выражая.Скажи еще: соперник вечный мойНаедине застав меня с тобой,Зачем тебя приветствует лукаво?…Что ж он тебе? Скажи, какое правоИмеет он бледнеть и ревновать?…В нескромный час меж вечера и света,Без матери, одна, полуодета,Зачем его должна ты принимать?…Но я любим… Наедине со мнойТы так нежна! Лобзания твоиТак пламенны! Слова твоей любвиТак искренно полны твоей душою!Тебе смешны мучения мои,Но я любим, тебя я понимаю.Мой милый друг, не мучь меня, молю:Не знаешь ты, как сильно я люблю,Не знаешь ты, как тяжко я страдаю.

Слова «соперник вечный мой», скорее всего, относятся к Александру Раевскому, который постоянно вставал на пути поэта в его любовных увлечениях.

Кому бы ни была посвящена эта элегия, Амалии Ризнич или Каролине Собаньской, реальны ли образы этого стихотворения или они есть плоды лирического гения Пушкина, можно сказать одно. Как поэт Пушкин вырос, и намного. Грубая кишиневская жизнь несколько упростила и опошлила его лиру. Теперь любовь к замечательной женщине разбудила в Пушкине более возвышенные и страстные чувства, которые подарили нам прекрасные образцы любовной лирики поэта. Творчество поэта питалось его чувствами, его необычными эротическими пристрастиями. Именно в Одессе был закончен «Бахчисарайский фонтан» и написаны первые главы «Евгения Онегина».

Через 7 лет, в 1830 году, встретившись с Собаньской в Петербурге, Пушкин написал ей письмо, где вспоминает о прежнем своем увлечении. Поэт называет Каролину Собаньскую Элленорой (по имени героини романа Бенжамена Констана «Адольф», любовные переживания главного героя которого очень напоминали собственные

Перейти на страницу:

Все книги серии «Я встретил Вас…». Пушкин и любовь

Похожие книги