со всей дури как вдарят
по соседским мальчишкам!
Дух с них и вышел.
И пошла дурная слава
от края деревни до края:
– Во дворе у Ольги
три чертёнка и Лёлька
маленькая, но злая:
то кричит, то ругает
страшным голосом мать.
Народ пошёл знахаря звать.
Вот знахарь Егор
к вдове припёр
травы да лампадку
в её хромую хатку.
Подул, пошептал,
злых духов, вроде бы, изгнал
и удалился далеко,
аж в соседнее село,
где и сгинул.
Никто его боле не видел.
А Кыш, Хлыщ, Малыш подрастали,
имена свои взад верстали.
Даже «бабушка Яга»
говорила, что она
не девка Лёлька,
а бабка Ёжка и только!
Их мамка Ольга
терпела это недолго:
собрала котомку да вон со двора,
добралась до монастыря
и постриглась в монахини.
А дети её мордяхами
дел в деревне наделали:
убивали, грабили. Но уделал их
Василий Буслаев с дружиной:
проезжал, было, мимо он,
да кликнули мужики воеводушку на подмогу.
И помог ведь! Гадёнышей кинул в подводу
да в тайгу непролазну увёз,
там и бросил их. Лес
закряхтел, зашумел, застонал,
когда богатырь уезжал.
Но Василий всё же уехал,
куча подвигов впереди! Брехал
народ о коих исправно:
– Экий Буслаев славный!
Глава 5. Неравный бой мужиков с разбойниками
А разбойникам пришлось в лесу обосноваться.
Избу рубить, это не драться!
Но у бабки помощников куча,
один другого могуче!
Избу срубили. Баньку поставили,
грибников в ней уваривали
да редких калик перехожих.
Разбоями тешились тоже.
Пошла тут дурная слава
от края земли до края
о Кыше, Хлыще, Малыше
да злющей бабе Яге.
До жути народ их боялся,
в тайгу совсем не совался,
хоть и ягода нужна, и пушнина,
да лес: возводить домины.
Род людской совсем загибается.
Мужик плачет: «Доколе маяться
мы будем как холопы?
Надо леших прихлопнуть!»
Решено так решено,
в лес пойдёт одно звено,
а второе послужит прикрытием:
– Грабли, вилы тащите!
И пошли мужики рядами,
в руках топоры да знамя
из старой отцовской рубахи.
Вот ходи, размахивай,
при на адовых деток!
Услышали хруст веток
Кыш, Хлыш, Малыш да баба Яга,
берут с поленницы дрова
и идут на крестьян в наступление.
Всё, закончилось стихотворение.
Ан нет, пошутила.
Бой шёл с невиданной силой!
Матерились с утра до утра:
рать мужичья на демонов шла.
Но всё хорошо кончается
лишь у тех, кто шатается
по боям да пирищам княжьим.
– Не, это усё не у наших!
А нашу мужичью силу
очень быстро свалила
та мала разбойничья рать.
Пахать бы мужам и пахать!
Ан нет, по кустам валяются.
– Чи живы, чи мертвы? – разбирается
с ними баба Яга.
Печь в красен жар вошла!
Ну вот,
снова беден сельский род.
Где брать подмогу
на неугодных богу?
Глава 6. Крестьяне просят Василия Буслаева спасти мир
Пригорюнились крестьяне, обиделись,
трёх прихвостней возненавидели,
а также злыдню Ягусю.
Вдруг вспомнила знахарка Дуся
о русских могучих богатырях:
– Васятка Буслаев на днях
опять с дружиной проскакивал,
мечом булатным размахивал,
бахвалился: нет ему равных!
Гутарил, что подвигов славных
у него, ой, немерено,
всё проверено.
Спохватился народ,
в Новгород прёт
кланяться, челобитничать,
Василя Буслая на помощь звать.
А тот в Новгороде сидит, бражничает,
медами сладкими стольничает,
да купцам с похмелья морды бьёт.
Молва ходит: «Чёрт Буслая не берёт!»
Народ не чёрт
и в «чёт-нечет»
играть не умеет,
лишь сохою легонько огреет.
Но тут дело тонкое,
в ноги кинулись, звонкими
голосами зовут-взывают,
к совести Буслая призывают:
– Ты поди, богатырь, да во буйный лес,
там старушка Яга, её надо известь!
А Василь ни мят, ни клят;
попыхтел, побурчал, оторвал свой взгляд
от мёда сладкого, пива пенного,
поднялся и сказал: «Будет пленная
ваша ведьма Яга да её друзья,
али я не я, иль хата не моя!»
– Ну уж хаты твоей давно след простыл, —
народ откланялся, отошёл, остыл.
Глава 7. Василий Буслаев во второй раз пытается спасти мир от зла
Собрался Вася, поскакал в тёмный лес;
знал дорогу, сам братву туда завёз.
Нашёл избу на курьих ножках,
слез с коня, идёт в сапожках.
Распахнул дверь дубовую и заходит.
Глядь, а по горнице лебёдушкою ходит
дева краса: длинны, чёрны волоса;
песни поёт заморские,
пословицы сыпет хлёсткие
да брагу пьяную варит,
сама пьёт и крепость её хвалит.
Но про Буслаева слава дурная
не зря ходит, брага хмельная
дюже на глаз ложится
Воеводушка пьёт, дивится
какой мир вокруг стал красивый:
солнце, поле, кобылы сивы
скачут, скачут и скачут,
какую-то тайну прячут.
И пошёл за ними Василий,
зовёт кобыл. Небом синим
его с головой накрывает.
Упал былинный. В сарае
заперла его бабка.
И к дружине выходит, сладко
зовёт всё войско обедать,
мол, надо бы ей поведать
некую страшную тайну:
– Входите, соколики, знаю
одно верное средство
как получить наследство
из Московской де казны.
В дом идите, там волшебные сумы.
В них желаньице шепните
и казну «за так» берите!
Ох, ты глянь на эти рожи,
совесть их ничуть не гложет:
молодцев чи хлопцев бравых
кучеря-кучеря-кучерявых.
Заходят они в избушку,
кланяются старушке
и в большущие сумы
суют длинные носы.
Бабка сумочки связала,
села сверху и сказала:
– Кто на чужое позарится,
от того природа избавится!
И печь топить приказывает
Малышу, Кышу. Обязывает
Хлыща тащить воинов к баньке:
