–Я не в ссылке, я арендатор! – с пафосом изрек Кощей.
–Слышала я сказку твою про аренду, но факт есть факт и от этого никуда не денешься. Обряды наши помнишь, – оба помолчали.
–Ладно, Кощей, в деревню пойду.
–Вот так? Вроде сейчас так не одеваются, – он скептически осматривал Ягу. Та насмешливо смотрела на него. Ее юбки лоскутами свисали до щиколоток. На ногах тряпичные кеды. Блузка с воротничком строгой учительницы, сверху вязаная кофта. За плечами небольшой рюкзачок делал ее горбатой. Платок подвязан узелком с двумя рожками надо лбом. Косматые, седые волосы торчали из под платка и казалось что они жили сами по себе. В руках Яга держала суковатую палку-посох.
–Зачем так – вот так! – воскликнула Яга и завертелась юлой. Остановилась. Перед Кощеем стояла модная солидная женщина пятидесяти лет.
–Так можно в деревню? – ехидно хихикая, спросила она.
–Так можно. Ой ловка ты, сестрица, ловка! А говорить, что будешь?
–Дом покупать приехала. Деревенские сами все покажут и все новости расскажут.
– Не на ступе же полетишь, пешком пойдешь?
–Зачем пешком, аль колдовать разучились? К дороге выеду – ступу на автомобиль поменяю. Что я дикая что ли.
–Ох ловка, сестрица! – Кощей, с чувством глубокого уважения, смотрел на Ягу.
–Пойду я, братец. Новости разузнаю, тебе все расскажу. – Яга села в ступу и полетела, лавируя между деревьями.
–Деревня от жары казалась пустой, только куры барахтались в пыли да стайки гусей спешили к речке. В администрации глава деревни разговаривал по телефону.
–Не беспокойтесь, Андрей Юрьевич, встретим мы этих журналистов. Места в гостинице заказаны. От города до деревни шесть километров, они на машинах, дороги у нас хорошие. … Помощь окажем. … Хор наш существует, первое место в области заняли на конкурсе, вы в курсе… Не беспокойтесь, все сделаем на высшем уровне… До свидания, Андрей Юрьевич. – Председатель осторожно положил трубку и облегченно вздохнул. Разговаривал с губернатором по телефону он впервые, поэтому сильно волновался. После звонка ему стало как – то тревожно. Он нервно ходил по кабинету, позвал секретаршу: – Дамира, зайди! – Вошла молодая симпатичная женщина.
–Слушаю, Георгий Сергеевич.
–Обзвони всех участников хора, пусть сегодня собираются в клубе к семи вечера. Пригласи Николай Палыча – он руководит танцевальным кружком, пусть тоже приходит.
–Хорошо, Георгий Сергеевич. Зав клубом, библиотекарей тоже приглашать?
– Ты еще спрашиваешь? Всех активистов приглашай!
–Светлана Павловна хорошо танцует, ее звать?
–Ты еще спрашиваешь? Приглашай всех, всех приглашай! Я что, один должен перед журналистами хороводить! …. Ну зачем мы. Я понимаю, у нас хороший хор,… танцевальный кружок…. Но как мы будем встречать…, нет, отмечать… нет, в общем – как проводить, или праздновать этого Ивана – купала? У меня в голове не укладывается! Столько дел! Засуха, пожары, а тут на тебе – журналисты едут. Праздник Ивана – Купала! Губернатор звонит. Сам Андрей Юрьевич! … Ох, сердце….
–Георгий Сергеевич, вам плохо, врача вызвать…
–Дамира, что ты лопочешь, какой врач! Накапай валерьянки, – зазвонил телефон, председатель снял трубку, а секретарша со словами – минуточку, сейчас, – выскользнула из кабинета и заспешила в бухгалтерию.
–Девочки, валерьянки дайте, Георгию Сергеевичу плохо, – на одном дыхании выпалила секретарша.
–Что случилось, может врача вызвать?– взволнованно спросила бухгалтер Нина Семеновна. Она взяла с полки флакон и подала Дамире.
–Губернатор звонил, велено журналистов встретить и во всем помогать им. Вот Сергеич и расстроился, – секретарша взяла лекарство и вышла. В кабинете председатель, держась за сердце, разговаривал по телефону.
–Василий Михайлович, я все понимаю. В грязь лицом не ударим, все сделаем. По поводу костюмов – ничего не знаю. Сегодня вечером собрание будет, тогда решим. У нас костюмы разных народностей есть, а вот какие на этого купалу надо я не знаю. Все будет ясно вечером… Хорошо, Василий Михайлович, понял. Завтра утром к вам с докладом, понял. – Положив трубку, председатель рукавом рубашки вытер пот со лба. С лекарством в руках подошла Дамира:
–Вот, Георгий Сергеевич, выпейте. Я вам тридцать капель накапала, – председатель выпил, в кабинете терпко запахло валерьянкой.
–Оставь пузырек, а сама обзвони всех, потом мне доложишь. Иди, иди, делай, что ни будь, – нервно выпроваживая секретаршу, он закрыл за ней дверь и заметался по кабинету, повторяя одно и то же: – Зачем к нам, район большой, а они к нам. Ну за что мне эта головная боль!
По улице деревни ехала красная машина. За рулем сидела женщина, лет пятидесяти. Остановившись у магазина, осматриваясь по сторонам, не спеша, она вошла внутрь. В прохладном зале разговаривали несколько женщин. Они оживленно обсуждали последнюю новость. Всю неделю деревню будоражила весть о приезде столичных журналистов. При виде незнакомки женщины замолчали. Та купила бутылку воды, две большие шоколадки. Расплатившись, она спросила продавщицу: – Вы не знаете, кто в деревне продает дом?
–На Пушкиной улице продается, на Заречной, – ответила одна из женщин.
