Представьте, сколько нефти мы могли бы дать Америке. Подумайте, какое большое экономическое облегчение мы дали бы американцам и американскому бизнесу. Заключить подобную сделку было нетрудно. Нефть сама текла к нам в руки. Но наши дипломаты – просто слабаки. Они не хотят никого «оскорблять». И знаете, что получается в результате? Оскорблен американский народ! Наша политика должна быть такой: нет нефти, нет и военной поддержки. И никаких исключений из этого правила.
К сожалению, теперь, когда Каддафи нет, цена, которую нам придется платить за нашу глупую политику в Ливии, может оказаться намного выше и намного ужаснее, чем миллиард долларов, которые мы уже и так потратили на операцию в Ливии. В сентябре 2011 года в Ливии пропало до 20 тысяч ПЗРК. По данным левой правозащитной организации Human Rights Watch, причина того, что это произошло, заключается в отказе Барака Обамы обеспечить надлежащую охрану и защиту складам оружия{142}. Когда оружие пропадало в Ираке, либеральные СМИ раздули из этих пропаж целую историю, которую использовали в попытках свалить Джорджа У. Буша. Но теперь, под зорким надзором Обамы, невозможно найти 20 тысяч ПЗРК, которыми можно сбивать коммерческие авиалайнеры! А ведущие газеты и телеканалы зевают, как будто так и надо.
Нечего и говорить о том, сколько денег можно выручить за эти ПЗРК на черном рынке. Но могу поставить последний доллар на то, что в очередь за этими ПЗРК выстроятся террористические организации. Мы знаем, что «Аль-Каида» уже действует в Ливии. Ричард Кларк, бывший советник Белого дома по вопросам борьбы с терроризмом, говорит: вероятность того, что «Аль-Каида» успешно вывезет ПЗРК из Ливии, «весьма высока»{143}. Когда всплыла эта история, в Белом доме, как обычно, пожали плечами. «Мы тесно сотрудничаем с лидерами ливийских повстанцев, а также с НАТО по вопросам обычных вооружений в Ливии. Мы изучаем все возможности к расширению нашей поддержки ливийским повстанцам», – сказал пресс-секретарь Белого дома Джей Карни{144}.
Великолепно!
А вот и самая плохая новость: угадайте, кто оказывал ливийским повстанцам «гуманитарную помощь» до падения Триполи? Правильно, Иран. Когда повстанцы захватили столицу, Иран «поздравил исламский народ Ливии»{145}.
Как и все остальные, я рад тому, что Каддафи больше нет. Но если бы мы были умнее и жестко вели переговоры, мы бы взяли половину нефти, которую добудут в Ливии в течение следующих 25 лет прежде, чем потратили бы горы денег. Обама снова показал себя ужасным переговорщиком и специалистом по расточению огромных возможностей для Америки. И угадайте, кто получает большую часть ливийской нефти? Правильно, Китай, а не США.
Американцы слишком заняты борьбой с опустошениями, которые принесла экономическая политика Обамы. Они не замечают той колоссальной катастрофы, которую вызвал «организатор общественности», заняв пост главнокомандующего. Ущерб, который Обама причинил военной мощи Америки и положению Америки в мире, может быть исправлен только избранием нового президента, человека, который будет уважать наших мужчин и женщин в форме и следовать доктрине национальной безопасности, ставящей интересы Америки на первое место.
Длительная зависимость от помощи вызывает духовное и нравственное разложение, что глубоко разрушает ткань национальной жизни. Скупая раздача помощи таким образом все равно, что выдавать наркотик, который потихоньку разрушает человеческий дух. Это противоречит принципам здравой политики. И это нарушает традиции Америки.
В 1964 году президент Линдон Бэйнс Джонсон объявил «войну бедности». Угадайте, кто победил? Победила бедность. С огромным преимуществом.
С тех пор как Джонсон начал свой мистический поиск государственной утопии, социальные расходы выросли в 13 раз по сравнению с 1964 годом (с поправкой на инфляцию). До начала «войны с бедностью» расходы на социальное обеспечение составляли 1,2 % ВВП. Сегодня эти расходы составляют почти 6 процентов ВВП{146}. Это означает, что налогоплательщики выплатили – вы готовы услышать эту цифру? – ошеломляющие 16 триллионов долларов на программы государственной социальной помощи{147}. Эта сумма кажется совершенно возмутительной – до тех пор, пока не узнаешь о том, сколько хочет в течение следующего десятилетия потратить на социальное обеспечение Барак Обама.
