Что ж приключилось с самим рисунком Доу? Вероятнее всего, он затерялся среди бесчисленных работ и бумаг плодовитого художника. Или же был куплен кем-то при распродаже имущества его мастерской в 1831 г. Странно, что его ближайший родственник Томас Райт не присутствовал при этом - он в это время находился в России…
Эскизы знаменитого живописца, его альбомы и записные книжки разошлись по всей Европе. Какова была радость библиофила и замечательного собирателя русских гравюр Павла Яковлевича Дашкова, когда он, будучи в Лондоне в 1878 г., случайно купил записную книжку Доу, в которой были наброски лиц русских знаменитостей. Он привез уникум в Россию, гордился им, как, впрочем, и каждым ценным заграничным приобретением, которое он возвращал на родину.
Где же теперь находится записная книжка Доу? Нет, не потому я ею заинтересовался, что надеялся встретить в ней профиль поэта - просто хотел увидеть, подержать в руках рабочую записную книжку художника. Ведь в такой же, вероятно, находился и набросок лица Пушкина! Узнаю, что редкие исторические и литературные документы, в том числе личный архив Дашкова, хранятся в Пушкинском Доме в Ленинграде. Богатейшее же графическое собрание его - единственное в своем роде! - в 1924 г. было передано братом Павла Яковлевича Д. Я. Дашковым в Государственный Исторический музей с условием сохранить его в первозданном целостном состоянии. Тогда в Исторический музей поступило около 40 тысяч гравюр, литографий, рисунков, акварелей, других графических листов.
Почему-то позже это условие было нарушено, и часть дашковской коллекции, в частности работы, относящиеся к Пушкину и его окружению, разошлась по другим музеям.
Просматриваю описание оставшейся в Историческом музее коллекции Дашкова. Не нахожу там записной книжки Доу. Быть может, ее передали в какое-нибудь иное хранилище? Выясняю, что ее местонахождение неизвестно. Она пропала в период от 1910 г., когда умер Павел Яковлевич Дашков, по 1924 г. Почему исчезла именно записная книжка Доу, тогда как остались более ценные графические листы?…
Какие-то записные книжки Доу продавались, по отрывочным слухам, на европейских аукционах, а затем оседали в частных коллекциях. Не исключено, что в одну из них попал и портрет Пушкина. Но может ли знать какой-нибудь богатый американский или швейцарский собиратель художественной старины, что этот невесть чей «арапский профиль» является бесценным изображением русского гения?!
Любопытные изыскания по поводу исчезнувшего рисунка Доу провела в 1930-х годах ленинградский искусствовед Александра Ефимовна Кроль. Она считает, что стихотворение Пушкина не только адресовано живописцу, но и было передано ему как подпись к рисунку - Доу знал русский язык. Очевидно, автограф поэта он увез с собой в Англию. Но где же сам рисунок? Не нашла ли Кроль его следов?
Звоню в ленинградский Эрмитаж, где она работала. Мне говорят, что Александра Ефимовна умерла несколько лет назад. Посоветовали обратиться к ее сыну, который всегда интересовался трудами матери.
- Да, мама говорила мне о розыске пушкинского портрета, рисованного Доу, - ответил Юрий Львович Кроль. - Однако нового, пожалуй, она ничего не обнаружила. Хотя, вспоминаю я, как-то заметила она, что свой поиск «довела до склада…» Что она имела в виду? Наверное, тот склад, куда после распродажи имущества мастерской Доу попал и альбом с его рисунком Пушкина. Большего, к сожалению, сказать не могу…
Был ли Пушкин единственным, кто видел, как Доу рисовал его? Надо полагать, что очевидцем работы являлся и тот, кого поэт сопровождал. Кто был этим пушкинским приятелем? Кроль изучила номера «Санкт-Петербургских ведомостей», в которых в то время обязательно публиковались сообщения о всех отъезжающих за границу. Остановилась па М. А. Полторацком и жене пушкинского приятеля Михаила Юрьевича Виельгорского - Луизе Карловне. Подсказала, что, возможно, в их архивах могут встретиться хотя бы косвенные упоминания о рисунке Доу…
И такое упоминание отыскалось! Но совсем в другом архиве. А главное - оно совершенно по-иному представило поездку на пароходе. Татьяна Григорьевна Цявлов-ская изучила дневник Анны Алексеевны Олениной, которой Пушкин был сильно увлечен в 1828 - 1829 гг. и которой посвятил несколько очаровательных стихотворений. И нашла сведения о том, что 9 мая 1828 г. Пушкин никого не провожал за границу, а совершал увеселительную прогулку по морю вместе с… Олениной (или Олениными) и художником Доу. «Об этом, - как пишет Цявловская, - говорит помета, сделанная па следующем месте тетради Пушкина, под вторым стихотворением («Увы! Язык любви болтливый…» - Е. К.), обращенным к Олениной: «9 мая 1828. Море. Ол. (енина). Доу».
Становится понятным, почему Пушкин советует художнику рисовать «Олениной черты».
Вначале был «автопортрет»…
