– Здорово, коли не шутишь, – первым ответил дядя Толя Понкратьев. Остальные строители вразнобой что-то пробурчали, делая вид, что им абсолютно неинтересно, кого ещё «принесло» в бригаду. Грохоча на ямах, подошёл самосвал ГАЗ-51.
– Юра, Стёпа, Витька! Берите лопаты, верхонки – и вперёд, на цементный склад, в Серышево. Юра, ты что-то привозил из дома?
– Что?
– Рот и нос чем будете закрывать?
– Лежит в вагончике, половина ещё осталась.
– Бегом, чтобы мне самосвал не простаивал.
Юра быстро принёс из бытовки кусок старой маминой ночной рубашки:
– Здесь ещё не на одну машину материала хватит.
Пока Степан притащил лопаты, Юра завязал узлы по углам носового платка и натянул на голову.
– А у тебя есть носовой платок?
– Нет, конечно.
Николай Иванович протянул свой платок:
– Прикрой голову, а то потом придётся кувалдой цемент отбивать.
Степан рассмеялся, представив, как с его головы кувалдой сбивают куски цемента. Ребята быстро побросали лопаты в кузов, втроём заскочили в кабину, и самосвал тронулся.
Не прошло и четверти часа, как ГАЗ-51 заехал под большой навес, обшитый самодельной дранкой.
– Начинайте грузить – я пошёл, отдам накладные, – на ходу бросил водитель Антон.
Ребята молча облачились в «спецовки», натянули на головы завязанные по углам носовые платки, повязали на нос и рот повязки из тёти-Юлиной «ночнушки» и молча приступили к погрузке цемента. С первой лопаты Стёпа почувствовал тяжесть: «
– Ничего, – Юрка как будто прочитал его мысли, – привыкнешь.
– А что тут привыкать? Бери больше – кидай дальше. Пока летит, отдыхай.
– Не кажи гоп, доки не перескочив.
Степан ничего не ответил, продолжая монотонно бросать цемент. Усталость подкрадывалась незаметно: сначала начали уставать руки, потом плечи, спина. А вот когда начала
– Не пора ли нам пора…
– Что мы делали вчера… – закончил прибаутку Юрка.
Грузчики вышли на свежий воздух, степенно сели на старый, вывороченный с корнем тополь, давно лежавший под забором. Здесь как ни в чём не бывало чирикали воробьи и освежал лёгкий ветерок. На небе застыли в ожидании ветра белые пушистые облака.
– Пойду воды принесу, здесь колодец недалеко, – засуетился Юрка.
– В чём, в ладошках?
– В складе на гвозде висит старый солдатский котелок.
Через пять минут ребята с удовольствием пили ледяную воду.
– Хорошо, – как-то мечтательно протянул Стёпа.
– Хорошо отдыхать, когда работа сделана.
– Это точно. Пойдём, пока лень не одолела.
Через час – по команде Антона:
– Хорэ, а то рессоры не выдержат.
– Вы отдыхайте, пока я отвезу цемент.
Не прошло и получаса, как самосвал снова стал под погрузку.
– Я ваши сидорА[2] привёз. Никлоша сказал, что нечего ездить, больше времени останется на отдых.
После обеда ребята нагрузили ещё одну машину и, по команде прораба, вернулись на стройку.
– Размялись, теперь пора за работу браться, – пошутил Никлоша.
Одно хорошо: дышать можно полной грудью без всяких повязок. Готовый к заливке бетон надо было нагрузить подборной лопатой в носилки, отнести по деревянному гнущемуся под ногами трапу и высыпать в опалубку. Работа быстро втянула в свой водоворот, но к концу дня носилки казались тяжелей, руки плохо слушались, а ноги передвигались с трудом. К восьми часам вечера работу закончили, помыли и перетащили инструмент в кузов-будку, оборудованную под бытовку.
Сбросили спецовки, наскоро ополоснулись из шланга и чуть ли не бегом двинулись на остановку. Последний автобус «Серышево – Белогорск» проходил Поляну в половине девятого. Местные мужики Спиридон и Афоня на трофейном мотоцикле «Харлей» уже умчались домой в Серышево – благо дом рядом, можно на работе не переодеваться. Пока ждали автобус, Никлоша провёл планёрку прямо здесь, на остановке:
– Работали по-ударному, но можно лучше. Утром долго раскачивались, а после обеда долго очухивались от переедания. Юра, тебе объявляю благодарность за правильно организованную работу с новичком.
– Я тут при чём?
– Не буду же я Степана хвалить, чтобы его не испортить. Вместе вы с цементом справились на час раньше нормативного срока, а это дало возможность поработать вам непосредственно в заливке фундамента. Наш девиз?
– «
– Ты объяснил новичку от чего освобождение?
– Нет. Сейчас объясню.
– Не надо, пусть Витька объяснит: он собирается в милиции работать – пусть тренируется.
– Освобождение от лени и безденежья, – чётко отрапортовал Витька Жунковский.
В этот момент подрулил автобус…
Через неделю Николай Иванович направил Юрку, Стёпу и Ибрагима, как он выразился, «в командировку» на Томский карьер – грузить гравий.
– Работа не пыльная, в отличие от цемента. Пару самосвалов вам для начала хватит. Когда нагрузите второй, ваша работа на сегодняшний день окончена. На объект можете не приезжать.
