Быть Лианной Старк полностью

— Четыреста лет назад, если верить записям, ещё горели Валлирийские свечи. Сделаны они то ли из стекла, то ли из обсидиана. Четыре такие свечи, привезённые в Старомест за тысячу лет до Рока Валирии, и сейчас хранятся в Цитадели, в ведении архимейстера тайных наук: они высокие, витые, с острыми как бритва гранями. Одна из них зелёная, остальные чёрные. Эти свечи используются в ходе старинного обряда: перед принятием обетов кандидат в мейстеры должен совершить ночное бдение в склепе Цитадели, и в качестве единственного источника света ему дают только обсидиановую свечу, предлагая зажечь её или провести ночь в темноте. Стекло, очевидно, не горит — большинство мейстеров считают эти свечи просто аллегорией знания, а невозможность их зажечь — уроком смирения, которое должен проявлять мейстер. Некоторые кандидаты из тех, кто изучал «тайные науки», пытаются зажечь свечу, но всегда терпят неудачу. Самые глупые и упрямые, особенно те, что занимались так называемыми тайными науками, пробуют это сделать. При этом они часто ранят себе пальцы, ибо витки на этих свечах остры, как бритва. Так, с изрезанными пальцами, в размышлениях о своей неудаче, они и встречают рассвет. Те, кто поумней, просто ложатся спать или проводят ночь в молитве, но каждый год кто-нибудь да пытается зажечь…

— Хватит, — написала Лианна. — Поищите среди вещей Таргариенов, которые Роберт велел отнести в подвал, Валлирийскую Свечу и проверьте на магию Тороса из Мира.

Дилморт задумался. Попробуем.

Он сжег всё компрометирующее, попросил Лианну больше тренироваться вслух и покинул её покои. Потом стал заниматься делами, а ночью проверил опись имущества. Так, пара ценных вещей из имущества Таргариенов пропала… Например, серебряный подсвечник.

На второй день он нашел, что искал. Черная свеча, близняшка той, которую он видел в Цитадели. Интересно, Таргариены это притащили из Валирии три века назад? Какой ерундой он занимается! Взяв ещё пару предметов чтобы не взывать подозрений, он принёс это к себе в лабораторию. Послал одного из охранников за Торосом.

Примерно через час Торос явился. Вид тот имел загнанный, потный, человек напряженно дышал.

— Ваша милость, мне надо тренироваться, мне совсем не хочется домой, у отца уже на четвертого сына не нашлось наследства, а уж на меня, восьмого…

Дилморт попросил очистить помещение от всех и велел Торосу зажечь Валлирийскую свечу.

Он всякого ожидал. Всякого. Хотя бы наводящего вопроса, чем зажечь, что и как. Но Торос просто поднёс руку к свече, и она загорелась!

— Можно мне на плац? Мне надо тренироваться! — сообщил Торос.

Дилморт взял гасильник — прибор для тушения свечей, представляющий собой нечто вроде конуса на длинной палочке из несгораемых материалов и накрыл подобием колокольчика на конце свечу. Она погасла. Торос снова зажёг. Он проверил рукава Тороса, почистил свечу, протер её мокрой тряпкой — итог всегда один, свеча загоралась.

— Как ты это делаешь? — спросил он.

— Не знаю. Когда меня учили на красного жреца, что-то рассказывали, но я не помню. Я бегал к кухаркам заниматься сексом, вообще я стал красным жрецом, только потому, что вино на красной мантии не видно. Можно мне идти тренироваться? А то сержант заставит одеть трепьё и бегать!

— А сколько бегать? — спросил Дилморт.

— Пока не надоест! — ответил Торос.

— Так это не страшно! — пояснил Дилморт.

— Бегать надо пока не надоест собакам! — сообщил Торос.

Дилморт опять погасил свечу, отпустил своего гостя, сказав, что они встретятся завтра.