А что, если у Смерти повышение по службе, то кто ее заменит? Быть может, ты?
Ты так долго смотришь сквозь бесплотную меня, мой мальчик, что не замечаешь уснувшие уста Времени и проснувшиеся глаза Вечности.
Вцепившиеся звезды, планеты и черные дыры, в мои когда-то крест-накрест отстриженные волосы, они толпятся и молчат об одном — о тебе, не в силах постичь красоту твоей отсутствующей формы, твоё ничто.
Всё вокруг созерцая охотится на тебя. А это означает лишь одно — пришел тот час, когда Хирург самого Предвечного, Безначального, поменяет нашу иерархию.
В начале всех исходов меняются надзиратели физических миров.
Каждый из нас, в случайном порядке, становится на новое место и перенимает его свойства.
Добро может стать разновидностью Зла, а Ложь — Правдой.
Потому ты нужен нам, нам всем нужен шанс обменять Новоизбранного на свободу выбора, выйти за пределы неподвластной нам предопределенности.
Ты был первым из крайнего витка начала времен, кто протащил сквозь игольное ушко караваны своих прожитых жизней, ты тот, кто проскользнул сквозь ту сущность, что пожирает и перерабатывает человеческий опыт, не оставляя возможности живому сохранить осознание при следующих перерождениях.
Древние видящие описали его как Орла, мы же называем его Поглощающий.
Когда ты пробрался в закулисье Информационного Пространства Единства Противоположностей и был потерян в череде сменяющихся диверсионных состояниях не-ума, намекая на равнозначность с абсолютом, как признак принадлежности к демиургической гильдии — я успела первой обнаружить тебя. И выдернула из этой рефлексии за отразившуюся на твоем лице мысль — будто ты вода, которую никто никогда не отыщет, потому что она утонула, растворилась в самой себе.
После этого, все бросились на твое мысленное эхо, но было поздно — уже никто не смог пробиться сквозь очерченный круг, я оградила тебя ото всех! С тех пор, ты мой самый любимый жнец.
Ты в совершенстве постиг искусство отнимать дыхание. Ты отрешен, и непрестанно осознавая себя перестал замечать, что не чувствуешь ни голода, ни жажды, хотя не ешь и не пьешь сотни лет.
Сам того не понимая, ты добровольно принял великоговенье.
Возможно когда-нибудь тебе, как и мне, удастся поймать своего новоизбранного и выкупить собственное право выбирать, а не действовать по принуждению высшей касты.
Теперь, когда ты готов занять мое место, я вспоминаю через что когда-то прошла я…
В те времена, закончив службу у Морфея, я приняла великий пост созерцания, меня готовили в подмастерья к Жизни, я должна была помогать ей вдыхать жизнь во все потенциально живое.
Но отрезок времени на очищение, был преломлен о неважный обмен веществ ближайших планет, их виток был перелимичен и мой пост безотчетно затянулся.
Закон Парадокса не успел перезапуститься и включилось Следствие, которое следуя прописанному коду логики, вытекло из случайно возникшей Причины и чуть не угробило заселенные планеты.
Едва не распавшись в небытии, я собрала себя заново с помощью поглощения жизненной силы планеты Теры — она погибла, когда я делая вдох, я вобрала в себя ее прану.
Выжив, я сделала преждевременный эволюционный скачок в развитии, но лишилась магии одаривать.
Следующее, что помню, как Хирург, в скором хаосе, всех нас менял местами.
Так меня повысили до Смерти, поместив в одно поле с Поглощающим.
Я долго привыкала к тому, что несмотря на тесную ментальную связь, мы с ним находимся по разные стороны `здесь и сейчас`, наше пребывание в нем завернуто вихрем времени и никогда не пересекается — когда один устремляется вверх, другой, находясь на противоположном конце, движется вниз.
Когда я собирала себя заново, мне не хватило времени и сил сформировать необходимую плотность, и я смогла лишь обозначить себя, как конфигурацию, потому люди и видят меня как ходячие мощи.
Но это та форма, в которую частично вплелась моя мессия, мой беспристрастный гений, и мне незачем прятаться, как это делала предыдущая Смерть, являя вместо себя лики своих жнецов, вроде Анубиса и Танатоса.
Прежней Смерти из-за ее развитого электромагнитного клеточного поля пребывалось полегче, меня же, из-за его недосформированности, мучает вечный голод.
Мне, как и всем прочим правившим до меня, было разрешено питаться монадами мертвых планет, когда их невидно со стороны заселенных.
С Земли люди видят луну в разных ее фазах и не ведают, что скрывается за разрастающимися темными пятнами — в определенные фазы луны, происходит повреждение ее целостности — я грызу ее в состоянии безупречного потакания своему голоду.
Самые голодные периоды наступают в полнопланетие, в солнечной системе — в полнолуние.
Но в своих лишениях я научилась достигать невиданных состояний сознания — это дар и проклятие одновременно, но благодаря этому, я и обнаружила тебя первой.
И вот пришло время уходить с этого «гиблого места», и ты моя обменная монета.
Тот, кто владеет подобным козырем, волен выйти из чрева Безначального на его поверхность и получить совершенно иной опыт, предположительно среди Авторов, создателей всех декораций и сюжетов.
