Что такое эта ваша уверенность, которая означает, что вы можете сидеть здесь впереди, отвечая на вопросы, в то время как я сижу здесь сзади, задаваясь всеми этими вопросами?
Текущие мысли занимают центральное место в игре жизни и предполагают наличие Натана там, который уверен, и «меня» здесь, лишенного уверенности. Когда мысли занимают центральное место, когда история «меня» пожирает шоу, чувство индивидуальности – и идея о наличии других личностей – приобретает кажущуюся основательность.
Но никого нет внутри этих образов: они есть просто образы, появляющиеся и исчезающие в осознании.
Фактически, Натан не имеет никакой уверенность, потому что нет никого «здесь», кто мог бы быть уверенным – и точно также нет никого внутри «вас», что бы быть неуверенным.
«Вы» это только мысль.
<p><strong>15 Понимание</strong></p>Если человек имеет прекрасное понимание, имеет ли действительное значение, что всё ещё есть тонкое чувство отождествления?
Всё, что происходит, ограничено игрой жизни, игрой видимостей, поэтому в действительности ничего не имеет значения. И если – внутри игры – имеется прекрасное понимание, которое не отказывает даже во время любых кризисов, возникающих в жизни персонажа, тогда нет, это не имеет значения. Но только вместе с пониманием есть и возможность страдания, потому что некоторое чувство отождествления – хотя и тонкое – всё ещё остаётся.
Значит ли это, что жизнь этого персонажа будет проживаться просто и комфортно?
Может быть – почему же нет? «Я» отсутствует для всех намерений и целей.
Тогда в таких обстоятельствах было ли бы какое-нибудь беспокойство об окончательном освобождении от «я»?
Почему ему нужно было бы быть? Попытка окончательного освобождения от «я» может привести к созданию проблем там, где их нет.
Тогда если «я» действительно исчезнет в этих обстоятельствах, это даже может быть не замечено?
Может и не будет [замечено]. Если «я» должно исчезнуть, когда во всех намерениях и целях оно уже отсутствует, тогда почему это [исчезновение] должно быть замечено? Если жизнь уже легка, нет необходимости в большейлегкости.
Тогда если моя жизнь относительно нормальна, нет никакой реальной необходимости в беспокойстве об освобождении от «я» – потому что само это беспокойство, кажется, и есть самая большая моя проблема!
Так идите и живите обычной жизнью. В действительности это же всё просто придирки, так ведь? Если «я» исчезает, то оно делает это в любом случае совершенно спонтанно, а не как результат чего-то, что делает «я». Если это действительно понято, то вы можете предоставить всё самому себе и делать ещё что-нибудь, что вам нравится.
<p><strong>16 И что с того?</strong></p>Двадцать пять лет назад я путешествовал по Азии и немного заинтересовался буддизмом. И когда я вернулся в Англию и услышал, что в нескольких милях от места, где я жил, открылся буддийский центр, я подумал, что мне следует дать этому шанс. И в следующие двадцать лет буддизм и поиск просветления захватил мою жизнь.
