Эвглена в это время отсутствовала в Игре. Её аватар неподвижным бледным трупом застыл на одной из подстилок. Капли дождя стекали по бледному лицу и делали её похожей на статую. Я накрыл Эвглену своим плащом и потянулся к тюку с палаткой. На мгновение я ощутил холод стали у кадыка.
— Ты чего это подкрадываешься к беззащитной женщине? — услышал я голос Ведьмы.
— Со входом вас, Эвглена прекрасная, уж не чаял сегодня увидеть. Тельце ваше прикрыть решил, а то дождик, знаете ли, ещё в жабу какую обернётесь, от сырости там или ещё в кого, — отпарировал я, ехидно улыбаясь, но стараясь не делать резких движений головой.
— Дурак! Язык без костей, — Зелёная убрала нож в рукав.
— А чего ты кидаешься, уже ведь в одной лодке, пора привыкать вместе сосуществовать. Ты дела со своими ребятами уладила?
— Да всё нормально, они очень удивились, что вы вещи, выпавшие с них, не взяли. А вообще, там все в шоке, вы с Модом произвели впечатление. Вопросами закидали. Рога наш, ну ты помнишь, Стасом зовут, порывался всё-таки догнать и порезать на ремни. Уж больно ты ему насолил со своим Бичом.
— Эвглена, тебя как звать в реале? Можешь не говорить, но как-то проще получится.
— Хельга, а тебя?
— Ух ты! А меня — Артём, — я несколько замялся, — ты, это, за поцелуй не обижайся, Хельга, надо так было. Лады?
— Можно просто, Хель, лады, только ты в следующий раз мне зубы не выбей, хорошо? — Зелёная подмигнула.
— Да это, я давно не целовался, а надо было срочно. Слушай, а почему Эвглена? Да ещё Зелёная. Ты микробиолог что ли?
— Оп-па! А ты как вычислил? Ты из наших? — Эвглена восторженно всплеснула руками.
— Из каких ваших? — не понял я, просто это все со школы знают. Инфузория туфелька там, амёба, эвглена зелёная.
— Из какой школы, нубяра? — ещё больше развеселилась Ведьма, — в обязательной школьной программе уж лет двадцать, как раздела зоологии нет. Ты вообще откуда рухнул, чел?
— Хель, не стоит смеяться, я, некоторым образом, последние десятилетие от реальной жизни оторван был. Игра — работа, работа — Игра. В перерывах больница. Психиатрическая. Как-то так.
— А, ну тогда понятно, а я — инженер - микроэколог, восстановление загрязнённых зон, промышленные бактерии и прочая очень актуальная лабуда. Интересно, заработок хороший, график вахтовый. И на Игру время есть. А ты кем работаешь?
— Я врач, точнее был врачом, теперь так, техник, подрабатываю на Фармконтроль.
— А чего так скромно? Врач — это круто, интересно. Вот я бы — не решилась. Ответственность большая. А ты чего ушел-то? Нет, если хочешь, не говори.
— Да секрета никакого нет, сам бы никогда не ушёл. Пенсионер я. Три дня как... Вот такие дела! — припечатал я ладонью по коленке, — ты извини, палатку надо ставить, а то уже за шиворот капает.
— Ого, да ты дедуля, резвый Рейнджер! Не парься, ща всё будет красиво.
Эвглена села в позу лотоса, сцепила пальцы в замок и начала петь тихую песню. Слова были не разборчивы. Ведьма раскачивалась в такт мелодии.
Вокруг зашуршало, зашелестело, из стенок оврага поползли толстые стебли лиан, на ходу покрывающиеся толстыми мясистыми листьями с ладонь величиной. За несколько минут они образовали над нашими головами плотный шатер, который надёжно закрыл нас не только от дождя, но и от начинающегося ветра.
— Здорово, Хельга, вот это класс. «И под каждым ей кустом был готов и стол, и дом...» — продекламировал я, находясь в полном восторге.
— Да это мелочи, Эс, третий уровень заклинания Полог Лианы, по случаю купила, экономит средства на палатки и ночлег под открытым небом. — Ты от темы не уходи, бодрый старикан, теперь понятно, почему полез целоваться, на молоденькую потянуло!
— Да тьфу на тебя, Хельга! Я думал, ты отыгрываешь свою Ведьму, а у тебя на самом деле мысли только об этом.
— О чем?
— О том самом! Тебе сколько лет, микроэколог? А?
— Дамам такой вопрос неприлично задавать! — Эвглена поджала губы.
— Да я и так вычислю. Судя по тому, что ты сказала, играешь пять лет. Вход в полный аккаунт игры — с 18 лет. Хорошо знаешь, что в школе не изучают зоологию последние 20 лет. Речь, словечки, степень психофизической реакции. Думаю, в итоге — 25-28 лет максимум.
— Умный какой! А я тоже про тебя скажу! Пенсионер! Дома подрабатываешь, внуки небось уже, жена старая надоела, вот и ныряешь в Игру, ощущения обновить. За молоденькими приударить. То. Сё. Глядишь — и обломиться. Тьфу! Мерзость.
Мы сидели насупленные и смотрели на огонь догорающего костра. В вечерней тишине слышен был только шелест дождя и хихиканье фейри, играющих в салочки в дебрях волшебных лиан. Я повернулся к Ольге и столкнулся с её глазами, смотрящими на меня в упор. В её зрачках вспыхивали то ли блики костра, то ли весёлые искры смеха. Губы были плотно сжаты. Казалось она находилась на грани борьбы с собой. Я вдруг представил нашу беседу со стороны, со всеми сказанными друг другу словами. Не выдержал и облегчённо рассмеялся. Хельга присоединилась ко мне.
— Хель, — сказал я, немного отдышавшись, я забыл сказать, там Капитан шикарную похлёбку приготовил, ты поешь, пока совсем не остыла, — и встал, чтобы набрать в чистую миску.
