Бывшая принцесса полностью

Нахожу девушек в саду у куста красных роз. Анна листает каталог садоводства. Дело не в мелких посадах, а сохранение облагороженности территории Острова Грома. Квин кусает нижнюю губу, агрессивно печатает на телефоне. Услышав закрывающиеся французские двери, жена едва ли не вскакивает с кресла-лежака.

— Привет. Чем заняты?

Кто бы думал, что я подойду к главным женщинам в жизни, поцелую Анну в лоб, переплету пальцы с Квин и коснусь губами ее дрожащей руки. Что-то не так. Она быстро освобождается от моей хватки. Ее напугал утренний разговор?

— Мне не удалось отправить таблицу с в твоей жизни налогами. Жду ответа от Бориса, он обещал разобраться.

— На неопределенное время все сервера сосредоточены на территории Острова. Ты можешь связываться только с теми, кто подключен к системе, так что я, Сергей и Павел не теряем связи с вами и патрульными даже из Атлантик-Сити.

— То есть это конец. — искажается лицо Квин — Информационный плен.

— Ненадолго. — предполагает Анна.

— На неопределенное время. — дословно копирует меня Квин — Шикарно, что для вас ничего не изменится, кроме безопасности данных Братвы. Это отличный способ заставить меня привыкнуть к этому? Ты знаешь, что я восприняла бы новость спокойнее, отправь меня на пару дней в Европу!

— А я должен, нахрен, стараться, чтобы ты отреагировала менее раздражительно? У тебя достаточно капризов.

Мы стоим грудь на грудь.

— Придурок.

— Стерва.

— Псих!

— Истеричка!

— Грабанный похититель!

— Капризная женщина, которая заставляет потакать каждого!

— Я прошу у тебя одного!

— Идиоты!

Мы с Квин поворачиваемся к Анне, пытаясь не выдать шока от вскрика сестры.

— Если вам так сложно друг с другом, то почему не разойдетесь? Поделили бы справедливо банк, а это все, что нужно Квин, по ее словам, и расплывайтесь на катерах в разные стороны.

Жена открывает рот.

— И не заводи шарманку про похищение и жертву.

Смотрю на замершую Квин. Она складывает руки под грудью, но скорее обхватывает себя, словно замерзла.

— Вот именно. Ты не уйдешь, а ты не отпустишь. Идеальная пара. Если вам хочется кричать друг на друга — найдите менее раздражающие меня, Сергея и Павла причины.

— Для тебя и Сергея… — меняет тему Квин.

— Тайные от Главы собрания, Анна? Еще задумай переворот. — поддерживаю.

— Мне так и не говорят, что вчера за шум был в третьей галерее.

Анна поднимает глаза к мрачному небу.

— Я запаяю твои окна. — строго сестре.

Она долго боролась за них и балкон.

— Я пыталась.

На руке Анны тонкий браслет без драгоценных камней — последнее, что бы надела сестра. Это не драгоценный металл и тяжелее, что заметил бы любой, знакомый с военным делом.

— У нее на руке правда отлитые пули или барабан револьвера? — говорю Квин, когда сестра уходит.

— У них свое понимание романтики. — по-прежнему обхватывает себя руками, не смотрит мне в глаза — Очевидно, допрос прошел неплодотворно, если ты решил оградить нас от остального мира.

Она идет в сторону дома, встряхивая длинные волосы, начинается дождь.

— Ты не покинешь не только Остров.

— Говори чаще, и я сделаю это из вредности.

Усмехаюсь, но все равно отмечаю горечь в ее голосе. Если сестра права, то действительно нет смысла не спускать с Квин глаз. Нет смысла, как и желания.

Следующие сутки выходят сложнее, чем предполагалось. Рейды на доки, проверка функционирования клубов и очередные переговоры с алжирцами. Оружие на двух складах в Вашингтоне, остальная часть на руках у солдат и незначительные запасы на Острове. Остается распределить товар, лично проверить качество камней, пришедших из России и провести время с Квин.

КВИН

Я просыпаюсь, когда Николай в очередной раз встает через час после рассвета. Он осторожно перекладывает меня со своей груди, сонно моргаю.

— Ты в город?

— Нет. На тренировку, к восьми приедут управляющие. Сегодня все сосредоточены на перевозках Вашингтона, проверю все завтра.

В последнее время у Николая все больше встреч, больших совещаний как на Острове, так и в Атлантик-Сити.

Хочется спросить зачем настолько рано, но лучше так, чем возвращаться под утро. Я не могу засыпать без Николая. А если меня недостаточно вымотают работа и общение, нужно, чтобы это сделал муж.

Не контролирую улыбку, когда мужчина целует меня. Все равно на несвежее дыхание или двухнедельное пребывание без вылазок. Я старательно не думаю о том, что есть люди, которые собираются меня отсюда вытащить. За полтора месяца я поняла, что мне требуется свобода, но точно не отсутствие Братвы в моей жизни. Я привыкла, стала частью чего-то пусть и жестокого, но нетоксичного. Это не здоровые отношения с Ричардом, но мощь и собственничество Николая, отношение русских ко мне как к королеве и подруге одновременно. Заслуживаю ли я это? Меня ждала и продолжает ждать совсем другая жизнь.

Мне нужно забыть фамилию Громов, чтобы не загубить свое будущее окончательно.

Я целую Николая в ответ, довольная, что не придется за него волноваться, если он не выезжает в город или его пределы.