Они познакомились на вечеринке в День всех святых. Фанни в костюме черной кошки выглядела одновременно и порочной, и невинной. Алекс был поражен в самое сердце. Меньше чем через неделю они провели вместе первую ночь, а наутро он сделал Фанни предложение выйти за него замуж. Они поженились в январе, а уже в марте Фанни попросила развода. С тех пор прошло пять лет…
Они поженились в январе, а в марте уже развелись. Так всегда говорила Фанни Майлз, когда разговор заходил о ее коротком замужестве. Этой ошеломляющей подробностью она великолепно защищала себя от дальнейших расспросов.
Иногда ей почти удавалось убедить себя, что за пять лет, прошедших со времени развода, ее брак стал далеким, почти забытым прошлым. Случалось, в течение нескольких недель она не вспоминала о бывшем муже, а если ее спрашивали о нем, ей требовалось некоторое время, чтобы представить себе его лицо. Фанни гордилась, что смогла заглушить воспоминания о своем замужестве, хотя она потратила на это годы. Но она уже никак не подозревала, что это достижение окажется ложным.
Как обычно, на свою вечеринку Паола пригласила в два раза больше гостей, чем мог вместить ее дом, полагая, что многие из них не придут. И, как обычно, пришли все.
Приемы Паолы и Фрэнка Маклин привлекали многих, учитывая местоположение дома, находившегося на вершине холма, откуда открывалась великолепная панорама города, а также возможность провести время в интересном, но весьма пестром обществе. Там можно было пообщаться с кем угодно: от сенатора до мусорщика, писавшего акварели, которыми восхищалась Паола.
Хозяйка всегда сама обслуживала гостей и, по общему признанию, справлялась с этим не хуже, чем официанты в лучших ресторанах города.
— Я могла бы выиграть соревнование с ними, не правда ли? — кокетничала порою Паола.
Она могла и не победить в таком состязании, но в чем ей действительно не было равных, так это в умении наряду с другими приглашать именно тех людей, которые ей каким-нибудь образом могли пригодиться.
Был август, и, хотя солнце село уже два часа назад, воздух не успел охладиться и все еще хранил в себе дневное тепло. Сначала гости перекочевали на большую открытую террасу, а затем и в сад. Они бродили по освещенным дорожкам и сидели на скамейках с мягкими подушками, держа на коленях тарелки с едой.
Фанни уже вволю поела и сейчас позволила себе предаться своему любимому развлечению — наблюдению за гостями. Облокотившись на перила террасы, наполовину прикрытая фикусом, возвышающимся над ее головой, она могла спокойно следить за перемещающимися группами людей, не будучи замеченной за этим занятием. А гости Паолы, как всегда, обеспечивали ее массой интересных сюжетов.
Вот, например, эта женщина, проходящая через двери. От макушки с ловко зачесанными крашеными волосами до кончиков ярко-красных туфель на высоком каблуке она выглядела образцом небрежной утонченности. Похожа на актрису или фотомодель. Восхитительно-стройная фигура, упругая кожа, которой она скорее была обязана искусству пластической хирургии, нежели молодости или генам. Фанни узнала ее — владелица строительной компании, с первого до последнего кирпичика построенной ею самой. Эта женщина одинаково комфортно чувствовала себя и с молотком в руках, и с бокалом вина…
Неподалеку от нее Фанни заметила кандидата в сенаторы, проигрывавшего на каждых выборах. Она не могла определить — восхищаться ли его неотступной решимостью или жалеть его, не способного понять, что все его усилия напрасны… Позади этого человека стоял… Алекс.
Пальцы Фанни судорожно сжали ножку бокала. Она видела только прядь его густых золотистых волос и уголок рта, но готова была поручиться, что это именно он.
Фанни безошибочно могла узнать Алекса, даже если бы увидела его только с затылка. У него была особенная манера держаться. Алекс стоял, слегка расставив ноги, расправив широкие плечи, одна рука в кармане идеально сидящих на нем брюк. Однажды Фанни сравнила его с капитаном, твердо стоящим на палубе корабля в любое ненастье. В ответ Алекс засмеялся и заключил Фанни в объятия, назвав ее своей прелестью. Затем, хитро поглядывая, сказал, что из всего богатства, которое ему удалось приобрести в этом мире, Фанни самый лакомый кусочек. Сцена закончилась в постели. Уж где-где, а здесь они никогда не испытывали проблем.
Фанни сделала глоток, заставляя себя отбросить воспоминания, и отвела глаза от Алекса. Она не видела его со дня развода. Но стоило лишь мельком увидеть его, воспоминания хлынули на нее мощным потоком.
Почему Паола не предупредила ее? Потому что заранее знала: Фанни не придет на вечеринку, если узнает, что будет Алекс. Краем глаза она увидела, что он направляется к террасе. Волна паники захлестнула ее. Она сделала вид, будто любуется сверканием огней ночного города. Дурочка! Что с ней происходит? Она скрывается от Алекса, будто он какой-то монстр.
Фанни прижалась к кадке с фикусом, жалея, что на террасе нет густой зеленой изгороди, за которой можно было бы спрятаться. Так неожиданно встретить его спустя столько времени с тех пор, как они последний раз видели друг друга.
Фанни решила, что, как только к ней вернется самообладание, она сама подойдет к нему и будет вести себя спокойно и равнодушно. Тем не менее, у нее был шанс избежать встречи с Алексом. Она могла бы прошмыгнуть мимо него к дверям, затерявшись в толпе гостей, и он бы ее не заметил.
