– С ним в машине сидела некая Елена Попова, но девушка почти не пострадала. Мы подарим её в стационаре до утра, посмотрим за состоянием. А так, в автомобиле вашего жениха отличные подушки безопасности.
Она была с ним… Зачем? Он ехал домой с ней? Какого хрена вообще творится???
Дальнейшее я вообще помню смутно. Очнуться Миша очнулся, но практически никак не реагировал на внешние раздражители. Последующее неделю он был больше времени без сознания, чем в здравом уме. Изо дня в день я караулила около его кровати, наплевав на свою гордость и молясь лишь о том, чтобы он выжил… Чтобы открыл глаза и снова посмотрел на меня тем самым взглядом, от которого я таяла, как мороженое в солнечный день.
Но… Я смотрела на спящего мужчину, который, приходя в себя, смотрел на меня так, будто я вообще чужой человек.
– Я хочу, чтобы вы были готовы к тому, что, как только он окончательно придёт в себя, он может стать несколько другим, нежели был ДО аварии, – врач-психиатр, которая наблюдала за ним вместе с другими докторами, очень старалась меня подготовить ко всему, но я плохо понимала, что она имеет ввиду.
Для меня всё происходящее было скорее похоже на сон, чем на реальность…
Лены я не видела, она не приходила и не старалась как-то связаться с Мишей даже по телефону. Я уже практически забыла о её существовании, когда в один день всё не изменилось…
Утром я, как обычно, приехала в больницу и, на мгновение, замешкалась, увидев около палаты Миши толпу народа.
– Что случилось? – уточнила я у медсестры, которая меня уже прекрасно знала.
– О, он сегодня проснулся в полном сознании, – радостно рассказала она. – Правда, к нему этим девица пришла сегодня. Ну та самая, что была с ним в машине.
Дальше я уже не слушала. Резко дёрнулась и двинулась вперёд, распихивая окружающих людей, а когда добралась до дверного проёма, откуда было отчетливо видно происходящее внутри палаты, как остановилась, как вкопанная, не веря своим глазам.
На койке полусидя сидел Миша, а сбоку от него, держа его за руку и гладя по щеке, сидела Лена. Мужчина широко ей улыбался и смотрел с такой любовью, что у меня подкосились ноги. Сама себя не осознавая, я сделала шаг вперёд и произнесла растерянно:
– Что тут происходит? Миша…
Мужчина повернулся на меня и недоумённо вскинул брови.
–Мы знакомы? Вы кто?
– Что?
– Миш, никто. Эта девушка была твоей сиделкой, – взвизгнула Лена, подскочил на ноги и практически верхом влезая на кровать моего жениха.
– Какая сиделка? Ты в своём уме? – впервые я обратилась к этой ненормальной. – Я его невеста, а ты что тут вообще делаешь? Пошла вон отсюда! Ты зачем пудришь мозги ему?
Не замечая, как перешла на крик, я начала надвигаться на эту тварь, желая вытащить её отсюда прочь, желательно с пинком под зад, но вдруг меня остановили чьи-то руки, схватив за локти.
– Виктория, подождите, – в голосе я узнала врача-психиатра, но останавливаться не спешила.
Правда, далее мне словно дали оплеуху, потому что Миша внезапно рявкнул:
– Хватит! Вы кто такая?
– Да кто ты вообще тут такая? – повторила я, глядя на девчонку, но потом…
– Нет, девушка, я к вам обращаюсь.
Повернув голову на Мишу, я остолбенела. Он крепко прижимал к себе руку Лены и зло смотрел на меня.
– Миш, я твоя невеста. У меня даже фотографии есть, слышишь? Ты что-то путаешь…
Истерично зашарив по карманам, я достала телефон, где на заставке стояла наша общая фотография.
– Вот, смотри.
Растерянный взгляд на телефон, потом на меня, потом снова на телефон, гробовая тишина в палате…
– Миш, ты помнишь?
Но Миша уже ничего не мог ответить… Закатив глаза, он откинулся на спинку кровати и затрясся всем телом.
Визг Лены, мой крик и крики докторов, которые нас выпихнули из палаты, смешались в единую какофонию.
– Что случилось? Что происходит?
Я повернулась и нашла взглядом Лену, которая уже быстро нажимала кнопку лифта, покидая этаж. Бежать за ней не было смысла, да и плевать я хотела на неё, главное, что я тут.
Я рядом…
Спустя минут пятнадцать, нас снова пригласили в палату. Миша был без сознания. Лежал с закрытыми глазами, словно спал, а на мониторе мерно ютилась стрелка в такт его сердцу.
– Виктория, – осторожно начала врач-психиатр. – Меня зовут Алина Витальевна. Поговорим?
Осторожно кивнув, я села на диванчик около окна, напротив приземлилась девушка.
– Знаете, мозг – такая интересная субстанция…
– Давайте ближе к делу, пожалуйста, – перебила я её. – Скажите в лоб, прошу вас. Я и так в полном шоке от происходящего…
– Хорошо.
Мозг вашего жениха сработал в защиту. Перед тем как попасть в аварию, вы не ссорились? Не было какого-то серьёзного стресса или травмирующего события?
Я печально опустила голову.
– Насколько можно считать стрессовым событие, когда я застала своего жениха за поцелуем с другой?
