Надо же, получилось. Так просто? Тогда почему все еще никто не знает об
этих тонких местах? Или просто не говорят?
Зря я, наверно, отошла от поляны, но надо было удостовериться, что
метисов опасных монстров и правда нет. Благо, остались только дымные тучки. И
то, уже почти унесенные ветром. Вернулась и застала растерянного ректора, что
успокоился сразу же, как увидел меня. Сегодня поразительный день. Мозг уже
болит от такого обилия информации. Пророчество, трактовки, дочери Светил-Богинь…
Еще и я их сосуд. Не личность, а просто бездушная кукла. Как сундучок для
сокровищ, который сам по себе не имеет никакой ценности. Прекрасно, но куда уж.
Мы поужинали все так же соблюдая молчание и думая каждый о своем, но
перед тем как заснуть, Маэстро все же не выдержал.
—Сан, я знаю о чем ты думаешь, —
но это не точно.— Мы справимся. Вместе. Я не дам тебе уничтожить мир. И не дам
умереть, — все еще злится от того, что я сказала Хранителю? Если бы могла
умереть, умерла бы. Ради мира. В большом смысле этого слова.
—Спасибо. Мне и правда нужна
сейчас поддержка, — мужчина кивнул и осторожно приобнял за плечи, по привычке
зарываясь в волосы.
—Я люблю тебя. И буду всегда
рядом, — даже если это «всегда» не растянется дальше десятка лет. А
если я умру собственной смертью, тогда энергия не расплескается в мир? Или меня
можно запечатать? Как вариант.
—И я тебя, — отогнав темные мысли
подальше, ответила я и потянула мужчину вниз, чтобы мы оба прилегли на
расстеленный плащ. На глаза попались кони.— Я придумала, как назвать свой
«подарочек».
—Правда? И как же? — Улыбаясь
уголками рта и целуя меня куда-то в макушку, спросил ректор, прижимаясь плотнее
и щекоча дыханьем обнаженную шею.
—Сакраментум, — пафосно, как раз
под стать Апокалипсису.
—Это ведь что-то значит? —
Догадливый.
—Сакраментум на латинском, у вас
на языке мертвых, означает Завет. Первое упоминание об Апокалипсисе было в
Новом Завете. В пророческой книге Иоанна Богослова, — думаю, ему это ничего не
даст.— Это у нас в мире. В общем, они взаимосвязаны и одновременно
противоположны. А коротко можно называть… Сак?
—А мне нравится. Любишь ты имена с
каким-то значением. А что насчет Дармока? — Догадливый, зараза, дважды.
—Ну, изначально должно было быть
Даркмор, а не Дармок, но я оговорилась, а потом не стала исправлять. Дарк—
тьма, с эльфийского, а Мор— имя всадника апокалипсиса. Смерти, — мне кажется, расшифровка ему не понравилась.
—То есть первое имя у тебя все
такое светло, солнечное, а второе… Вот такое, — атмосфреное.
Продолжать тему мы не стали,
просто обнялись и легли спать, но всего спустя час я вскочила, будто меня
кто-то ударил по ребрам. Это странное ощущение… Вокруг разлилась чистейшая
энергия созидания и, будто круги на воде, расплывалась и пульсировала со стороны
тонкого места. Там кто-то есть. Причем не пришедший с соседнего, а именно…
Иномирянин? Почему последнее время так много? И почему меня прямо-таки тянет
туда?
—Что такое, Сан? — Не понял
Маэстро, все еще не отойдя после сна. Он долго просыпается, так что можно особо
не стараться что-то объяснить.
—Я быстро, — вскочила и чуть ли не
побежала туда, куда так тянуло. Откуда так веяло светлой энергией. Такой
знакомой.
Выскочила на поляну и тут же встретилась взглядом с родными серыми
глазами. Мы обе замерли, смотря друг на друга как в первый раз. Осматривая
такие родные и такие знакомые черты. За спиной послышался шелест, но я даже не
дернулась, наблюдая за тем, как глаза женщины наполняются слезами, быстро
стекающими по щекам и шее. Это точно была она.
—Настя, — выдохнула она и голос
охрип, будто до этого срывался в крике.
—Мама, — так же пискнула я и
рванула на шею к родительнице.— Мамочка, родная. Ты живая.
—Милая моя, я так рада тебя
видеть. Я думала уже никогда…— Снова всхлип и уже не особо понятные
причитания.
—Заранта? — Прозвучал за спиной
голос Маэстро, про которого я успела забыть. Мы обе его даже не заметили.
Заранта? Что? Та самая… Заранта дэ Маэ— Королева-Легенда?
========== День, когда все пошло не так ==========
Санарин:
—Милая, я думала, что уже никогда
тебя не увижу, — причитала мама, не переставая целовать мое лицо, а я все
пыталась стереть слезы с ее глаз, но тщетно, поэтому начала просто разбавлять
их своими.
—Мамочка, — только и смогла
выдохнуть я, с силой прикусив губу, чтобы не разреветься.
—Даже сейчас ты пытаешься
сдерживаться, — легкий шлепок прилетел на затылок, но рука была перехвачена и
поцелована в каждый мальчик.
Раньше нам именно из-за таких вот жестов говорили, что мы не нормальные.
Слишком теплые и близкие отношения, как для матери и дочери. У большинства
подростков был проблемный период, когда их бесят родители, когда дети сбегают
из дома, поссорившись с ними же, когда и сами взрослые не понимают своих чад, но у нас было по-другому. Полная идиллия.
—Мамочка? — Послышался за спиной
голос Маэстро, о котором я благополучно забыла, а мама не заметила. Либо
проигнорировала.
