губы. Не краснеть, не краснеть! Главное не быть факелом.
—Что-то
ты сегодня слишком много юморишь, — это просто стресс.
—Мне
когда страшно или больно, я всегда смеюсь или шучу. Защитная реакция
организма, — пожала плечами, чем вызвала небывалую хмурость напарника. Ну вот, а
ведь так задорно улыбался.
—Ты
боишься не выполнить задание? — Глупости какие.— Или может понять, что ты не
всесильна?
—Слушай,
я никогда не думала, что хоть чуть-чуть близка к этому «всесилию». Я
всегда считала себя слабой, как и сейчас. Я Хочу Силы! — Голос сорвался на крик, поэтому я просто поспешила отвернуться, чтобы не выдавать своей нервозности еще
больше.— Больше всего на свете, — почему-то мир в глазах на миг помутнел, подернувшись серой дымкой, но после нескольких вдохов все прекратилось. Совсем
уже куку?
—Для чего
она тебе? — Как будто без этого не понятно?
Я промолчала, потому что не хотела
вспоминать тот случай, из-за которого попала в этот мир. Как они там, интересно? Может все же моя смерть не была напрасной? Кстати, а умирала ли я
вообще? Может меня перенесли в критичный момент, чтобы раны затянулись? Как
знать, но я точно помню, что очнулась уже блондинкой, только со своей длиной
волос, а потом уже что-то пошло не так. Наспех вымыла кружки, не обращая
внимание на тяжелый изучающий взгляд Маэстро и наконец обернулась к нему с самой
своей жизнерадостной улыбкой.
—Пошли,
нужно узнать у местных, кто был похоронен под домом в последний месяц, — и уже
дошла до двери, как была перехвачена за талию. Обнимашки? Как мило.— Что такое?
—Почему
именно за месяц, — почему-то я уверена, что он не это хотел сказать.
—Потому
что думаю, что это посмертное проклятие. А месяц, потому что примерно столько
нужно для активации. Ну, или же кто-то проклял покойничков отсрочено, но тогда
все плохо. Поэтому пока начнем с чего попроще, — пожала плечами и открыла дверь.
За ним стояла коза, самая обыкновенная.
Знаете, как пугаются козы? Они замирают и падают на бок. Вот и сейчас, животное
смешно замерло и вниз головой скатилось по ступенькам. Не убилась хоть? Но
рогатая вдруг несколько раз подняла голову, ударяясь ей о землю, будто пытаясь
подняться. Мы с Маэстро наблюдали за этим со смесью непонимания и на грани
истерики. Только вот зверушка встала и как ни в чем ни бывало принялась щипать
траву.
—Я по
жизни коза, — задумчиво выдохнула я и вздрогнула, когда за спиной раздался
бархатистый мужской хохот, от которого зависла не только я, но и коза, замерев
на месте и бухнувшись головой вперед, отчего ректор засмеялся еще заливистее и, схватившись на живот, согнулся пополам.
Подошла к нему, поглаживая по спине и приговаривая
фразу из фильма «Иван Васильевич меняет профессию».
—Ничего-ничего,
вылечим. И тебя вылечим, и козочку вылечим, — залечим до такой степени, что
будете бояться болеть.
Коза кажется меня поняла и поспешила
ретироваться попой вперед, попутно врезавшись во входящего Азазеля. Хоть на
этот раз не замирала, а то Маэстро уже задыхаться начал. Сумасшедший что ли?
Или все уже, крышечку рвет?
—Мне тебя
тут оставить успокаиваться, или все же со мной пойдешь? — Чуть пригнувшись, чтобы наши лица оказались на одном уровне, с участием поинтересовалась я, убирая с мужского лица выбившуюся прядь черных волос.
—Прости-прости,
это было последней каплей. Конечно я с тобой, — мгновенно успокоиться не
получилось, хоть ректор и пытался, поэтому, идя по песчаной дорожке, он все еще
улыбался.
То уголки его губ лишь слегка подрагивали,
то растягивались в широкую улыбку и мужчина чуть замедлял ход, явно борясь с
истерическими смешками. Довела мужика, совсем тю-тю с головушкой. Так прекрасно
мы и дошли до дома старосты, хотя я еще точно собираюсь подойти к нему посреди
ночи. Мужчина долго не открывал, будто его не было дома, а потом, когда мы
столкнулись с ним взглядами в окне, был вынужден пустить. Здравствуйте, блин!
—Добрейшего
денечку, — помахала я, даже не предпринимая попыток войти.
—Чем могу
быть полезен? — Ничем так-то, но мы вынуждены с вами работать, Господин «Я
вам не открою, потому что меня нет, но я есть».
—Мы
хотели бы узнать о вашей похоронной традиции, — кажется кто-то побледнел, причем
даже больше, чем профессор Энакин. Интересно, что за предмет он ведет и как
скоро мы с ним пересечемся.
—И что же
именно вас интересует? — Как не закатывать глаза?
—Начнем с
основ. Кого хороните, как и где конкретно, — скривился, как от зубной боли, как
будто это я тут бредом никому не нужным занимаюсь.
—Всех. У
мертвенной избы. Все по традициям, — короче, ничего мы толком от него не узнаем.
—А что
насчет похороненных в последний месяц?
—Трое.
Молодой парень— Иосиф и две девушки, Татьяна и Ванта, — какое-то странное имя, даже
для этого мира.
—Благодарю.
Извините за беспокойство, — кивнула и вздрогнула от резко закрывшейся перед
носом двери.— Какой дружелюбный.
—В этом и
странность, — не без этого. Может просто все они знают в чем проблема? — Может ли
быть такое, что они на самом деле сделали что-то ужасное и теперь всей деревней
это скрывают, — у нас один мозг на двоих?
—Думаю ты
