- Верно... я по-маленькому выступаю. Кражи, убийства, изнасилования. Да ладно, не будем о работе. Говори. Знаю, что пришел не просто так.
Они отпили пиво и одновременно поставили стаканы на стол.
- Я так понял - ты развелся?
Глаза Сашки округлились.
- Развелся? Было б с кем. Я и не женат вроде...
Андрей нахмурился...
- Что значит - не женат?
- Ну, вот так. Холостяк я пока. Познакомь меня с девкой хорошей из Америки, поеду к вам ментом работать.
Асланов закурил и протянул пачку Святскому.
- Я бросил. А хотя давай... покурю твои заморские.
- Саня, так ты ж вроде у меня на квартире мальчишник справлял.
Они пристально друг на друга посмотрели.
- Это тебе кто... Корецкий что ли сказал?
- Он самый.
Сашка потер подбородок и затянулся дымом. Закашлялся.
- Врет он все. Не было мальчишника. На хрен ему это нужно и сам до сих пор не знаю. Правда ключи от квартиры у Ники просил. Сказал нам, что с бабой познакомился, а вести некуда. Мы тогда удивились - у него ж своя хата была. Короче, так мы все и не поняли, зачем ему все это понадобилось. Мы ведь обо всем узнали уже, когда ты Нику оставил. Корецкий заврался тогда по полной.
Андрей нервно покусывал нижнюю губу и вертел стакан. Потом сжал стекло холодными пальцами и резко поставил на стол.
- Ни черта не пойму, Сань. Кто мне из них врет? Корецкий-сука или она?
- Ты почему Веронику бросил?
- Решил, что рога мне с Артемом наставила, пока я по командировкам ездил.
Сашка усмехнулся.
- Ника твоя никогда на Артема не смотрела. Это ты мне поверь. Он да. Хотел ее. До визга хотел, а она только как к другу относилась. Когда ты уехал он вокруг нее увивался. Продукты, деньги, помощь. Под окнами роддома ночевал. Да только в упор она его не замечала. Любил он твою Нику. Не знаю, как сейчас, а тогда с ума сходил.
Асланов с размаху ударил кулаком по столу.
- Э-э-э, ты потише. Казенное имущество не свороти.
- Ключи, говоришь, у нее взял...Это он. Сашка, понимаешь, это он тогда все подстроил. Вот сука! Недаром я ему зубы повыбивал. Убью тварь. Доберусь и мозги ему вышибу.
Святский наполнил стакан друга пивом, и они снова залпом выпили.
- Он нас развел. Знал мой характер. Знал, что я не прощу. Вот сука-а-а-а-а.
- Андрюха, ты успокойся. Годы прошли. Все мы в свое время ошибок наделали. Пусть живет с этим. Ника все равно с ним не осталась.
- Он моих детей сиротами оставил. Мне жизнь исковеркал и ей.
«А еще он курирует меня. Кто знает, в какой момент продаст.»
- Спасибо тебе, Санек. Жаль, раньше с тобой не поговорил. Не наломал бы столько дров тогда.
Андрей встал со стула и протянул Саше руку. Тот крепко ее пожал и задержал в своей.
- Ты только не дури, Асланов. Убьешь и сядешь, понял? Не трогай эту гниду, поверь - лучше не трогай. Поговаривают, он мент продажный, у него в криминальных кругах свои дружки имеются. Не лезь на рожон, ясно?!
- Ясно. Давай. Встретимся еще. Вот моя визитка.
- Андрюха, ты Вадику позвони. Жутко обрадуется, мы с ним тебя недавно вспоминали. Мордяка о какая. Или их там перекачивают, или перекармливают в ОМОНе.
- Позвоню. Отчего ж не позвонить. Давай телефончик.
Они друг друга с полуслова поняли.
Ника приехала домой. Первым делом бросилась к телефону. Остановилась на полпути. Нельзя из дома звонить маме и девочкам. Одноглазый мог и у нее жучков наставить. Только из автомата можно. Как же она соскучилась по дочкам. Сил нет. И не поехать ни проведать. За ней могут проследить. Нужно Артему позвонить, пусть узнает, как там они. Посмотрела на фотографии дочек и сердце сжалось, заболело. Скучают наверно, плачут. Особенно Анечка. Она всегда к Нике привязана. С самого рождения. Катя самостоятельная, а Анечка нежная и ранимая. Вроде сестры, а такие разные.
Ника положила цветы, подаренные Владимиром, на стол и села в кресло. С утра она его так больше и не видела. Он уехал еще до того, как Ника встала с постели. Позвонил, правда, поблагодарил за чудесный вечер. О ночном откровении ни слова. Как будто и не было ничего. Впрочем, Ника понимала, что ему неприятно вспоминать о своем поражении. Коршун сказал, что будет отсутствовать два дня. Звал ее с собой в столицу, но она отказалась. Ей нужно собраться с мыслями. Обдумать, что именно она скажет Одноглазому.
Внезапно Ника вскочила и прижала руки к груди. Коршун уезжает на два дня. А что если...
Что если вернуться вечером к нему в дом под предлогом, что она что-то забыла и попробовать открыть сейф?! Ее пропустят. Должны пропустить. Ведь сегодня Владимир ясно дал понять, что для него Ника дорогая гостья.
Адреналин тут же волной ударил в голову. Это ведь шанс. Такой больше никогда не подвернется. Оказаться самой в доме Коршуна. Если ей удастся открыть чертов сейф, она может послать их всех к такой-то матери. Больше не нужны встречи с Владимиром, больше не нужно распихивать жучки, не нужно боятся Одноглазого. Она просто сбежит, а тот не посмеет ее задерживать, если так сильно мечтает получить код. А что, если ее будут преследовать? Что если Коршун неожиданно вернется?
