Глядя на Родю, Саша знал, что скоро, после кружки-другой, тот окончательно станет Родей «Куртом» Клевцовым из общаги Нархоза. Философом и бунтарем, не знающим компромиссов. Может, вместе напиться? Потом позвонить Вите и послать его на три буквы, Ане сказать, что разводится, а Свете – что любит ее и едет к ней ночевать, – в общем, стать собой и не прятаться? Много лет назад Родя был для него образцом. Он хотел быть как Родя: искренним и настоящим, без компромиссов. Но с тех пор, год за годом, он только и делал, что отдалялся от идеала. Жизнь съедала свое, фальшь расползалась как ржавчина, и он сам не заметил, как весь покрылся коррозией – внутри, не снаружи. Снаружи все гладко, чисто, приятно. Снаружи он производит хорошее впечатление. Он холеный директор мясоконсервного комбината.
– Слушай, с Викой-то что? – вдруг спросил Родя.
Заметив, что Саша изменился в лице, он тут же прибавил:
– Саня, не принуждаю. Все понимаю.
– Мы разошлись, – просто сказал Саша, глядя в глаза Роди, чистые и голубые. – Так получилось. – Он сделал паузу. – Ну и хватит о грустном. Лучше выпьем за то, чтобы мы что-то сказали и сделали. Жизнь одна. Второй попытки не будет.
– Точно! Саня, мне нравится то, что ты говоришь. Я тебя узнаю. Ты на «Audi», а я с голой жопой, но мы еще скажем все, что хотели. Все нас услышат! Rock'n'roll live!
Тук! – встретились кружки.
На сцену вышли двое мужчин с акустическими гитарами. Поприветствовав пьющих-жующих, они стали играть фламенко: страстную музыку знойной Испании, где люди проще относятся к жизни и улыбаются чаще. Все дело в климате? В количестве солнечных дней в году? Дайте русскому полгода лета и мягкую зиму – станет ли чуточку жизнерадостней? Или нашего брата просто так не возьмешь?
Развернувшись вполоборота, Родя следил за игрой, вслушивался, всматривался. Он даже забыл про пиво.
– Неплохо играют, – заметил Саша.
– Бодренько. По-испански. Видишь, Сань, где таланты? По кабакам. – Он взял кружку. – А телек включишь – кто там? Басковы и Киркоровы. Тьфу!
Через час на счету Саши было три кружки, а Родя справился с четырьмя. Взяв по последней, они твердо решили, что встретятся и сыграют. Соберут группу. Родя – вокал и соло-гитара, Саша – ритм. Дело за драммером и басистом. У Роди есть тридцать песен, если не больше, записанных в домашних условиях, и в их числе три стопроцентных хита. На этот раз все получится. Да, Сань? Родя, без вариантов. У тебя есть песни, у меня – стартовый капитал. Мы выпустим диск. Мы будем играть в клубах, где люди слушают, а не жрут. Рок. Ничего, кроме рока. Ну его нахрен, этого рыжего, в жопу ему сервелат. Он не слушает рок. Он насильник и буржуин. Хочешь, я позвоню ему прямо отсюда и все ему это скажу? Ты позвонишь? Ладно, выйдем на улицу – дам тебе телефон.
Допив пиво и расплатившись, они вышли на свежий воздух.
Поздний вечер встретил их легкой приятной прохладой, звездным небом, полной луной и двумя девушками, коротающими время на остановке рядом с выходом из ресторана. Они ждали то ли троллейбус, то ли клиентов.
Увидев их, Родя вмиг оживился:
– Девочки, почем опиум для народа?
В ответ послышался смех.
– Тебе скидка, красавчик! – бойко сказала первая девушка: длинноногая, в колготках в сеточку, в майке с глубоким вырезом.
– Двоим спецпредложение! – прибавила ее спутница, менее свежая и эффектная. – Может, сыграем пара на пару?
– Может, вам на гитаре сыграть? – Родя сделал встречное предложение.
Он подошел ближе.
– Ты гитарист?
– Да. – Он ухмыльнулся. – Виртуоз-самоучка.
– У меня есть гитара! Классно! – Девушка (первая) так естественно это сказала, так мило воскликнула, что у Саши даже мелькнула мысль: «Может, действительно есть?» – но он тут же отбросил ее. Девушки умеют завлечь клиентов, в этом все дело.
– Только ее настраивать нужно, на ней давно не играли, – продолжила девушка. – Ты справишься, я в этом уверена. Твой молчаливый друг тоже на гитаре играет?
Она перевела взгляд на Сашу, плавно откинув с лица прядь длинных светлых волос.
– Гитарист, сразу видно, – сказала девушка номер два. – Смотри, какие длинные пальцы. Кстати, я Катя.
– Лена, – представилась первая девушка.
– Курт. – Родя пожал девушкам руки, слегка задержавшись на первой. – И Саша. Владелец заводов и пароходов и – внимание! – гитарист. Саш, ты что там стоишь? Видишь, дамы скучают.
– Курт? – Лена ему улыбнулась. – Ты из Берлина?
– Нет. Из России. Или Сиэтла. Точно не знаю.
Саша не подходил. На все готовые проститутки, секс за деньги, сифилис в качестве бонуса – нет уж, увольте. Несколько лет назад он в первый и в последний раз вкусил продажной любви, будучи в сильном подпитии в сауне (классика жанра) – словно вывалялся в грязи. Девушек жаль. Чисто по-человечески жаль. Торгуя телом, они продают душу. За деньги, за дозу, за место под солнцем. Но солнце они не видят. Их солнце – луна. Их полдень – полночь. Их женихи – пьянь. Их первая брачная ночь – несколько раз за ночь. Их тело – рваная рана с высохшей смазкой.
– У тебя правда есть заводы и пароходы? – спросила девушка номер раз. – Или вы нас обманываете, пользуясь нашим доверием?
