Красавица Сафиро Кинтана спасла от верной гибели неотразимого незнакомца. Увы, он помнил лишь свое имя – Сойер Донован. Сойер понимал, что ему предстоят опасные поиски утраченного прошлого и, считая любовь непозволительной роскошью, пытался противостоять чарам прекрасной спасительницы. Но охваченная пламенем первой любви Сафиро, чтобы удержать возлюбленного, пускает в ход и нежность, и страсть, и хитрость, и обольщение…
У меня никогда не было младшего брата. Он не прятал моих кукол и не запирал меня в ванной, не заходил тихонько в мою комнату и не читал мой дневник, не дразнил моих женихов и не ябедничал на меня маме – словом, не делал всего того, что обычно делают младшие братья своим старшим сестрам.
У меня вообще не было брата – ни младшего, ни старшего.
Зато у меня есть зять, муж моей сестры.
Этот человек знает меня, как настоящий брат. Я могу предстать перед ним в самом неприглядном виде: могу накричать на него, расплакаться у него на плече. Этот человек обожает свою жену и своих детей, а о нашей маме заботится, как о родной.
Этот человек выказал исключительное мужество: он терпит нашу скандальную семью и он очень любит нас.
Томми Хоу, я не хочу знать, что говорит закон. Ты мой настоящий брат, и ни один суд на свете не переубедит меня в этом!
Я посвящаю эту книгу тебе. Посвящаю с любовью и благодарностью.
И особое спасибо моему редактору, Мэри Эллен О’Нейл, которая терпеливо ждала окончания книги и которая стала мне настоящей подругой. Она, несомненно, готовится к очередному урагану, налетающему на всех редакторов, с которыми я работаю. Я люблю тебя, Мэри Эллен. Ты лучше всех, милая!
– Прошлого не вернешь, Сафиро, и тех чудаковатых стариков нельзя превратить в прежних лихих разбойников. – Сестра Кармелита сбросила с плеч мешок с мукой, который принесла из монастыря, и присела на старую бочку. Она вытерла руки о платье и покачала головой. – Это все равно, что пытаться превратить изюм в виноград.
– Другого выхода нет, сестра, – выдохнула Сафиро. Сердце ее отчаянно колотилось, в горле пересохло. Давно она не испытывала этого жуткого леденящего страха. Внутренний сигнал опасности никогда не подводил девушку. – Говорю тебе, что-то случится! Что-то очень плохое. Я не знаю, когда... Я уже целую неделю не сплю по ночам. Мне страшно...
– Но, может, это не Луис,
– Он сказал, ч-что н-найдет меня, сестра. – От страха девушка запиналась.
– Ох, Сафиро! – вздохнула монахиня, она жалела испуганную девушку.
– Он поклялся. Луис поклялся найти меня во что бы то ни стало. И он найдет... Ты не знаешь Луиса, сестра Кармелита.
Монахине нечего было возразить. Она вспомнила, что рассказывали об этом дьяволе во плоти путники, забредавшие в монастырь переночевать и поесть скудной пищи. Луис и его банда убивали даже невинных детей.