Интересно, ей показалось подозрительным, что я не сказал ничего раньше? Вероятно. Если бы я теперь сказал что-то неправдоподобное, это меня потопило бы.
— Ну, я был уже здесь, просто спал.
— Понятно. А ты сегодня случайно не видел Ханако? — с облегчением вздохнула Сато.
— Нет, она обычно приходит перед самым началом… Или после. Я могу ей что-нибудь передать, — прибавил я.
— В этом нет необходимости. Странно, но мне кажется, что мы сейчас с тобой одни в школе. Никого не слышала, пока сюда шла, — она покачала головой.
— Наверное, не стоило мне сегодня так рано вставать, — о пробежке я почему-то решил не упоминать. Должно быть оттого, что следом за ней последовала сцена в душе.
— Ты себя ругаешь за то, что другим не помешало бы сделать? — мягко спросила Лилли. — Пунктуальность — хорошая черта. По крайней мере, я так считаю. Сегодня суетливое утро. Близится фестиваль, а сегодня — последний срок регистрации мероприятий, сдачи бюджетных отчётов и прочих официальных бумаг. Такое ощущение, что все пытаются заполнить формы в последнюю минуту. Может быть, поэтому сегодня так тихо.
— Привет-привет! — В комнату как по сигналу суфлёра вошла Миша вместе с Сидзунэ, так громко крикнув, что Лилли заметно вздрогнула. — Привет, Хиттян!
— Привет.
Сидзунэ дружелюбно улыбнулась.
— Посмотрите, это же староста! Здрасьте! — я так и не понял, чего больше было в этих словах — радушия или сарказма. Лилли улыбнулась, видимо, позабавленная словом «посмотрите» от Миши (или Сидзунэ).
— Доброе утро, — вежливо ответила она.
Сидзунэ усмехнулась, глядя на свою коллегу.
— Ты, конечно, староста не этого класса, верно, верно? — вкрадчиво спросила Миша.
— Не этого, — Лилли осторожничала с ответами Сидзунэ больше, чем со мной на днях. Думаю, они не ладят.
Затем до меня дошло, что Лилли могла в действительности не знать, здесь ли Сидзунэ, и пыталась определить это, чтобы понять, с кем именно она разговаривает. Всё, что она знала, — это то, что говорит с Мишей, а поскольку они с Сидзунэ почти неразлучны, то, возможно, что на самом деле «говорила» именно Сидзунэ. Чёрт, как всё сложно. Я решил помочь Лилли, скорее, для собственного спокойствия.
— Ты сегодня рано, Сидзунэ, — приветствовал я её коротким поклоном.
Староста нахмурилась.
— Да ты ещё раньше нас пришёл! — Миша злобно надула щёки. Почему она злится? Ей передаются эмоции Сидзунэ? Однако неудивительно, что Сидзунэ не понравилась моя реплика. Действительно, я пришёл раньше них, так что подобную фразу, звучащую от меня, можно было истолковать, как угодно. Тем более Сидзунэ не могла определить смысл по тону. Пока я оценивал, стоит ли мне извиниться, Сидзунэ продолжала.
— Староста! Хорошо, что ты здесь! Нам надо поговорить. Фестиваль уже через три дня, так? Остальные классы уже сдали свои отчёты по бюджету! Даже первоклашки! Все, кроме тебя! Ва-ха-ха! — половина впечатления от насмешливо-обличительной тирады Сидзунэ переводчица смазывает своим смехом, совершенно неуместным в данной ситуации.
— Ведь ещё есть время, чтобы сдать, верно? — спокойно уточнила Лилли.
Сидзунэ явно была недовольна.
— Сегодня! Сегодня — последний срок! — воскликнула Миша. — Ты как-то не торопишься, да? Если бы всё было, по-моему, я бы уже давно собрала все нужные документы, но кое-кто! решил сказать: «Пожалуйста, отодвиньте сроки!».
— Да, это была я, — подтвердила Лилли неестественно спокойным голосом. — Планировать что-то такого масштаба — нелёгкая задача и недели слишком мало, чтобы ожидать от целого класса полного её решения.
Особенно если это класс для слепых и слабовидящих мысленно добавил я, зная, что вслух этого лучше не произносить. Ещё неизвестно, кого это может оскорбить больше.
Хакамити возмущённо всплеснула руками.
— Хочешь знать, что труднее, чем распределить бюджет одного класса? Решать тот же вопрос для каждого класса в школе и ещё многое другое! Тот, кто это делает — я! — Миша, выпрямившись, подпёрла бока руками. Ух, как вжилась в роль. Однако Лилли не выглядела слишком радостной.
— Эй, Сидзунэ, не слишком ли ты с ней сурова? Ещё ведь есть целый день, — вмешался я в назревающий конфликт.
— Не надо, Хисао. Всё в порядке, — Лилли, кажется, обрадовалась, что я принял её сторону, но видимо, она была смущена мыслью о том, что, по моему мнению, она сама не может за себя постоять. — Если ты говоришь о бюджетной отчётности, то меня печалит, что ты думаешь, будто я забыла о ней. Я понимаю, как она важна.
— Тогда! Прошу, передай её мне, — лица Школьного совета приняли серьёзное выражение.
— Сидзунэ, у Лилли может не быть её с собой, — попытался урезонить я её.
— Она сейчас не здесь, — подтвердила мои слова Сато. — Я попросила двух учеников с ней разобраться. Учеников из моего класса.
Последнее предложение она, к моему удивлению, выделила особо. Она знала о попытках Сидзунэ и Миши затащить меня в Школьный совет? Наверное, разошлись слухи, и теперь она использовала меня в качестве оружия против Сидзунэ. Становилось всё интереснее… Всё равно я был тут больше в роли безмолвного наблюдателя, чем участника.
