Annotation
Эмили Мейтленд, не желавшая вступать в брак по воле родителей, решила выдумать себе жениха-офицера, находящегося на службе в армии. Майор Шеридан Блейк — плод ее воображения — был отважен, галантен и, разумеется, хорош собой. Каково же было негодование Эмили, когда в ее доме внезапно появился мужчина под именем вымышленного жениха, требующий назначить день свадьбы! Самозванец?! Но как Эмили доказать это, не раскрывая своего обмана? Озадаченная «невеста» вынуждена принимать настойчивые ухаживания «жениха»... И постепенно эта игра превращается в настоящую, искреннюю любовь!..
Дебра Дайер
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Глава 31
Глава 32
Эпилог
Дебра Дайер
Невеста сердится
Глава 1
Это оказалось гораздо труднее, чем она думала! Эмили Мейтленд попятилась, отступая в дальний угол бального зала, не в силах отвести взгляд от множества гостей под ослепительным светом хрустальных люстр. Гости собрались в доме ее родителей, расположенном неподалеку от Бристоля, в честь ее, Эмили, недавнего бракосочетания. Если бы не уверенность, что ее отсутствие вызовет недоумение, она сбежала бы, заперлась в своей комнате, спряталась, как последняя трусиха.
Нет, обман — это не для нее. Она всегда гордилась своей честностью. С ее уст не слетела ни одна сколько-нибудь существенная ложь. Однако ложь, которую она замыслила шесть недель назад в Лондоне, никак не назовешь небольшим отклонением от истины. Скорее извращением фактов размером с Гибралтар. И ложь эта холодной тяжестью лежала у нее на сердце.
Тут Эмили заметила, что ее бабушка отделилась от толпы и направляется прямо к ней! Судя по выражению лица леди Харриет Уитком, почтенная дама отнюдь не была в восторге от поведения внучки нынче вечером.
Леди Харриет остановилась возле Эмили так близко, что, несмотря на музыку и шум разговоров, Эмили хорошо расслышала ее слова.
— Эмили, дорогая, у тебя такой вид, словно ты готовишься взойти на эшафот, — сказала бабушка, наклонившись к ней. — Гости могут заметить, что ты не в духе, и призадуматься: все ли тут чисто с этим браком? А ведь нам это ни к чему, верно?
— Бабушка, ты только подумай, все собравшиеся верят в эту чудовищную ложь! — воскликнула Эмили, и, хотя ее слова почти утонули в веселых звуках котильона, который в этот момент заиграл оркестр, леди Харриет услышала их и положила руку в перчатке ей на локоть. Даже сквозь лайку перчатки Эмили ощутила тепло бабушкиной ладони. Оно обожгло ее.
— Не забывай, что это мы с тобой заставили их поверить.
— Я не забыла. Но это невыносимо. Ложь все же не для меня.
Леди Харриет поджала губы.
— Придется привыкать. Выбора у тебя нет.
— Как огорчились бы мама с папой, узнай они о том, что я натворила!
— Именно поэтому сделай все возможное, чтобы они никогда не узнали правды. Вряд ли они одобрили бы твою затею, да и мою роль во всей этой истории.
Эмили посмотрела на своих родителей, которые, легко скользя по паркету, повторяли па котильона. Маленькая, темноволосая, кареглазая Одри Мейтленд была похожа на юную девушку, впервые танцующую со своим возлюбленным. Восхищение, с которым она смотрела на своего высокого светловолосого мужа, как в зеркале, отражалось в зеленых глазах Хью Мейтленда, ласково улыбавшегося своей красавице жене.
Эмили мечтала о такой же любви для себя в будущем и именно поэтому оказалась в столь щекотливой ситуации сегодня вечером.
— У меня такое чувство, будто я предала всех этих людей.
Леди Харриет сжала руку внучки:
— Эмили, взгляни на меня.
Эмили оторвала взгляд от родителей и посмотрела в напряженное лицо бабушки. Несмотря на серебро седины, сверкавшее в темно-рыжих волосах, и морщинки вокруг светло-карих, янтарных глаз, леди Харриет по-прежнему была хороша собой. Никто точно не знал, сколько ей лет. Известно было только, что ей за шестьдесят. Леди Харриет Уитком, вдовствующая графиня Каслрей, твердо верила в то, что у любой женщины должна быть своя тайна.
— Уверена, ты справишься со своей ролью. Ты уже не юная дебютантка.
Эмили стало не по себе от этих слов. Через два месяца ей стукнет двадцать пять, и она больше не сможет выезжать в свет. Уж лучше бы родители позволили ей отойти на задний план. Это ее сестре Аннабелле сейчас самое время покорять лондонский свет. Однако родители из любви к Эмили заставили ее вынести еще один сезон в столице с надоевшими вечерами и балами.
Охотников за приданым, желающих подцепить богатую наследницу, было великое множество.
Но ни одного, с кем хотелось бы прожить жизнь.
И Эмили в который уже раз испытала чувство вины. Родители твердо решили, что четырем младшим дочерям позволено будет начать выезжать в свет не раньше, чем Эмили, старшая, выйдет замуж, и своего решения не собирались менять.
