СРН раскололся, и Владимир Пуришкевич образовал свою партию – Союз Михаила Архангела. Устав партии был утвержден в 1908 году. Началась борьба между бывшими единомышленниками по перетягиванию на свою сторону местных отделов СРН. Раскол парализовал всю организацию. Дележ пирога происходил бурно. Иногда дело доходило до ругани и рукоприкладства. Все это способствовало созданию скандального ореола у правых организаций. Большой удар по репутации правых был нанесен, когда стали известны факты террористических покушений и политических убийств, организованных «Черной сотней», а также ее участие в еврейских погромах, не внушала особой любви в народе твердая консервативная позиция правых по земельному вопросу. Многих смущал переходящий в фобию, антисемитизм.
Из воспоминаний Сергея Витте, государственного деятеля из списка предполагаемых жертв «Черной сотни», которая пыталась устроить покушение на его жизнь:
«…партия эта еще сыграет свою громадную роль в дальнейшем развитии анархии в России.
Эта партия в основе своей патриотична, и при нашем космополитизме, симпатична. Но она патриотична стихийно, она зиждется не на разуме и благородстве, а на страстях… Большинство ее вожаков – политические проходимцы, люди грязные по мысли и чувствам и не имеют ни одной жизнеспособной и честной политической идеи… Партия эта, находясь под крылами двуглавого орла, может произвести ужасные потрясения и погромы, но ничего, кроме отрицательного, создать не может. Она представляет собой дикий, нигилистический патриотизм, питаемый ложью и клеветой… состоит из дикой массы и вожаков – политических негодяев, тайных соучастников из придворных и титулованных дворян, все благополучие которых связано с бесправием и лозунг которых – не «Мы для народа, а народ – для нашего чрева».
К чести дворян, эти тайные черносотенцы составляют меньшинство. Это дегенераты дворянства, взлелеянные подачками, хотя и миллионными, от царских столов… на знамени их высокие слова – «Самодержавие, Православие, Народность», а приемы их действий лживы, бессовестны и кровожадны»…
Правые были жестоки не только по отношению к инакомыслящим и иноверцам, но и к монархистам-единомышленникам.
«…и как правительству опираться на нас, если мы сами друг друга едим», – сетовал один из авторитетнейших лиц черносотенного движения, отец Иоанн Восторгов.
Последняя попытка преодоления раздробленности монархических партий произошла в 1915 году в ответ на создание левыми, оппозиционного Прогрессивного блока. На многочисленных совещаниях было сказано много слов о необходимости объединиться и дать отпор надвигающейся революции. Реально же объединения не произошло, и договориться не удалось. Последний удар по попытке объединения правых сил нанес Пуришкевич, который публично и демонстративно отказался принимать участие в совещаниях правых партий…
(18) Вспоминает Маклаков, кадет, член Государственной думы, член Прогрессивного блока, соучастник убийства:
«За несколько дней до убийства ко мне подошла журналистка… «Знаете ли вы, – спросила она, – что Распутин будет скоро убит?» Я сделал вид удивленный. «Я имею определенные данные: убийство состоится в доме Юсупова, в нем участвуют сам Юсупов и великий князь Дмитрий Павлович. – «Кто вам это наплел?» – «Пуришкевич».
Вспоминает Шульгин, прогрессист, член Государственной думы, член Прогрессивного блока:
«Пуришкевич остановил меня в Екатерининском зале Таврического дворца. У него было такое лицо, какое было уже раз у него, когда он мне сказал одну тайну. «Запомните, 16 декабря… Я вам скажу… Вам можно… 16 декабря, мы его убьем»… «Кого?» – «Гришку!»
По утверждению Самюэля Хора, главы британской разведки в России, незадолго до убийства Пуришкевич заходил к нему, и тоном таким непринужденным, словно речь шла о погоде, спрашивал, где можно достать яд для дела. Потом доверительно сообщил, что он с друзьями собирается ликвидировать вопрос с Распутиным.
(19) Дневник члена Государственной думы Владимира Митрофановича Пуришкевича. Рига, издательство «National reklama», 1924; Пуришкевич В. М. Из записок. Париж,1924.
(20) Письмо, содержащее в самом конце приписку: «Маланья тоже участвует», было написано Феликсом Юсуповым жене в Крым 27 ноября 1916 года, через семь дней после того, как Пуришкевич дал согласие на участие в убийстве Распутина.
«План, про который я тебе пишу, разработан детально, уже три четверти сделано… Это единственный способ спасти положение, которое почти безвыходно… Конечно, ни слова никому… Маланья тоже участвует».
Упоминание о некой «Маланье» заставляло некоторых исследователей загадочных обстоятельств убийства предполагать, что в ночь убийства во дворце в качестве соучастников были женщины.
(21) Версии, объясняющие феномен невосприимчивости Распутина к ядам таковы:
Первая версия» – инфернальная. Она делится на два противоположных направления. В одном случае сверхчеловек, несомненно, был существом сатанинским и устоял против цианистого калия при помощи сатаны.
