Сколь скоро сменились исторические декорации! То, за что еще вчера корили гранфаллонцев, оказалось вдруг вполне допустимым с позиций новой морали. Не покидая своей страны, которая прежде звалась СССР, наши герои очутились в ином жизненном пространстве с иным общественным устройством, к которому воленс-ноленс пришлось привыкать, стараясь не вспоминать о прежних моральных и прочих установках, царивших в прежней их жизни и едва ли не заменявших резидентам 1/6 суши религию. Тех самых моральных принципов, что были положены в основу «Морального кодекса строителя коммунизма», и которым они, принимая двойную мораль, откровенно говоря, не особо стремились следовать. Можно ли их осуждать за это? Виноваты ли они в том, что, отправляясь на крокодиловую рыбалку, предпочитали иную добычу? Морально ли это с точки зрения ушедшей эпохи?
Мораль… Нравственность и безнравственность… Канувшие в Лету категории, канувшего в Лету государства? Вопрос о контексте времени: хорошо ли сегодня то, что считалось хорошим ещё вчера? Да и уместно ли вообще задавать подобные вопросы? Как быть в подобном случае с утверждениями философа:
Двадцать шесть лет назад маски были сброшены, затянувшийся эксперимент по строительству невиданного прежде гранфаллона был скоропостижно завершён и обитатели теперь уже 1/7 части суши предстали перед миром такими, какими они, собственно, и есть.
Среди обитателей новой-старой страны и мои герои. Как сложилась их судьба в новом гранфаллоне? И об этом вы также узнаете, прочитав эту книгу.
«Необъятное здание. Просто циклопическое. Наверное, какое-нибудь крупное учреждение советских лет? ( Я в СССР?). Здание отраслевого профсоюза педагогических работников, например. Почему бы и нет? Были ведь о – го – го, какие профсоюзы! Школы коммунизма и все тут! А школы коммунизма обязаны были быть грандиозными. Как сама идея построения общества будущего. Профсоюзы играли серьезную роль в жизни нашего общества. Они предлагали трудящимся города и деревни, а также примкнувшей к ним интеллигенции различные блага. Путевочку на Черное море за полцены (скидка за счет профсоюза), а также лечение и отдых в санаториях Кавказских Минеральных Вод опять же с солидным дисконтом. Хорошо. Ну, а взамен, конечно, нужно было регулярно уплачивать членские взносы и регулярно участвовать в профсоюзных собраниях, а также регулярно принимать активное участие в различных профмероприятиях. М – да … Словом, не вполне безвозмездно весь этот соцпакет от социализма предоставлялся трудящимся и иногда примкнувшей к ним интеллигенции. Хотя чего уж сетовать? Жизнь, говорят, вообще штука несправедливая. Пора бы привыкнуть. Под 60 уж …
Необъятное здание. (Я в СССР!). Почему профсоюз творческих работников? Ну, кто его знает, может какой-то другой. Разница-то в чем? Путевки – мероприятия – взносы, взносы – мероприятия – путевки. Хотя, нет. Не только. Еще счастливая старость. Отработала бабулька в родном колхозе всю свою жизнь, накопила каких-никаких трудодней в трудные годы и вышла на заслуженный отдых с пенсией рубликов эдак в 70 … Достаточно, впрочем, чтобы с голоду не помереть. М – да … А вот, что верно, то верно – стариков у мусорных контейнеров в ту славную пору не было. Хватало госпособия на хлеб и молочишко …
Ладно, пусть будет боярышник, то бишь профсоюз творчработников. Какая разница? М– да … Чудо-дверь … Одни запрещающие знаки! Точно, любой другой! На громадных массивных глухих тяжелого дерева в бронзовом обрамлении входных вратах (слово «дверь» как-то тут неуместно) живого места нет от табличек: дымящаяся сигарета, собака, мужской силуэт в каком-то полосатом одеянии, женский в мини-юбке, велосипед двухколесный, две теннисные ракетки вперекрест (теннис-то тут причем?!) … Все перечеркнуто красной полосой.
