Они продолжали идти, пока коридор не закончился глухой стеной. Последняя дверь перед стеной была раскрыта нараспашку. Они встали перед дверью, глядя на пустую комнату внутри. Надписи над дверью не было.
– Похоже, какая-то ловушка.
– Я зайду, проверю. Стой здесь, – приказал Сэдрик.
– Еще чего! Я здесь одна не останусь! – засопротивлялась Ванесса.
– Боишься? – ухмыльнулся паренек.
– А вот и да! Боюсь! – она схватилась за его руку. – Кретин! Давай, заткнись и иди!
Внутри не было вообще ничего. Пустые чуть утепленные стены, мягкий свет… и все? Не совсем – они заметили еще один проход, ведущий в другую комнатку с электронной панелью на стене. На панели высветился список фамилий.
– О! Этого я знаю – он представлял инфостанцию у нас на Юфусе… и тоже умер. И… вон Лика Лоу… и снова Джессика Винстер… что это все значит?
– Это все известные люди в инфостанции. «Столпы», – пробормотал Сэдрик.
И тут до обоих долетели голоса. Судя по звукам, в коридор вбежала целая толпа народа. Они бежали быстро. Среди их криков отчетливо выделялось слово «Клиф!»
Ванесса прижалась с Сэдрику: «Сделай что-нибудь! Ты же здесь чертов гений!!! Давай!»
Но он только водил пальцем по экрану. Тогда Ванесса ткнула в одну из фамилий. Ничего не произошло. Звуки из коридора приближались.
– Слушай, я возьму всю вину на себя, – затараторил Сэдрик.
– Естественно, ты возьмешь! – Ванесса почему-то поправила прическу. – Ладно, я выйду и сдамся. Хорошего понемногу.
Она вышла в коридор и тут же нырнула назад в пустую комнату с криком: «Они стреляют!!! Клиф!!! Сделай что-нибудь!»
Действительно через коридор летели боевые заряды. Один из них выбил кусок косяка.
Сэдрик стоял у экрана, судорожно скроля в стороны. Наконец он заметил кнопку «Пустить процесс», судя по всему, появившуюся снизу списка после того, как Ванесса нажала на фамилию. Сэдрик посмотрел, кого она выбрала. Этого человека он знал – Дик Греко, непревзойденный боец прошлого, один из лучших спецназовцев сайфо-уаджийской войны.
Оставались считанные секунды. Кнопка призывно мигала красным. Сэдрик понял, что он стоит в управляющем помещении, а сам процесс запустится в соседней комнате, где металась Ванесса.
«Предупреждение – процесс чрезвычайно опасен и может быть необратим. Ни в коем случае не пользоваться без предварительной калибровки» – прочел он снизу мелкими буквами.
Истекали последние секунды. Сэдрик скрипнул зубами и нажал «отмена». В соседней комнате закричала девушка, и тут же выстрел лишил паренька сознания.
Сэдрик вместе с Учителем сидели на лужайке перед главным корпусом. Искусственная трава приятно покалывала ладони. Искусственное солнце чуть-чуть грело через мохнатые искусственные облака. Привратник невдалеке размеренными движениями выметал искусственные листья.
– Жаль, что так вышло, – мягко сказал Учитель. – Очень жаль. Я надеялся, что однажды ты станешь великим человеком, Сэдрик. У тебя были все задатки. Но то, что ты сделал… прости, у меня просто нет другого выбора…
– Вы разве не рассмотрели доказательства, что я предоставил?
– Все рассмотрено. Ты действительно проявил героизм и позволил нам избавиться от нескольких прискорбных недоработок. И ты представить не можешь, сколько мы сил потратили на то, чтобы успокоить этих Ван-Тауэров. Можешь не беспокоиться, если бы оставалась хоть какая-то опасность для студентов, у нас здесь все было бы забросано ядерными ракетами.
– И тем не менее…
– И тем не менее у меня нет другого выбора, Сэдрик. Прости, но ты отчислен, без права когда-либо еще посещать Эхо.
– Разрешите быть откровенным, Учитель.
– Не разрешаю, – улыбнулся тот. – Ну, что там у тебя, «звездный мальчик»?
– Я полагаю, что ваше разочарование связано не с тем, что я взломал системы и напал на преподавателя.
– А с чем же еще? – Учитель продолжал мягко улыбаться.
– С тем, что я отказался записать в голову студентки Ван-Тауэр личность Дика Греко. Вы разочарованы тем, что я отказался изменить ее личность ради того, чтобы спасти себя и узнать, что скрывается в этом коридоре.
– Это что, по-твоему, получается, что здесь собрались садисты, издевающиеся над студентами?
– Нет, – Сэдрик встал, и Учитель встал вместе с ним. – Это получается, что я не прошел тест на посвящение в скрытую часть инфостанции. Вы ведь этому пытались меня научить, так ведь, Учитель? Что жажда информации, стремление к истине – они стоят того, чтобы жертвовать другими людьми?
– Ты прав, – улыбка Учителя стала грустной. – Но я не справился. Прости меня, Сэдрик, – он протянул руку. – Ты можешь идти. Не бойся, думай о нас как о друзьях. Прощай.
Паренек демонстративно не стал пожимать руку.
– Это неправильно, Учитель! Неправильно! Вы понимаете это? Понимаете, что вы неправы? У всего есть пределы! Нельзя жертвовать людьми ради идеи!
Учитель грустно покачал головой и направился назад внутрь главного корпуса, а Сэдрик за его спиной продолжал повторять: «Это неправильно! Неправильно! Просто неправильно! Вы должны понять! Просто…. Просто должны понять!» Его голос ломался и дергался.
Сэдрика душили слезы. Опустив голову, он поплелся по газону в сторону капсулы.
