- ... Скажите, на ваш взгляд Красная Армия сумеет выдержать первый удар германцев? Я уверен в нашей окончательной победе, но при неудаче в приграничном сражении война пойдёт по крайне тяжёлому для нас сценарию, напряжению всех сил, гибели огромного количества наших людей, большим разрушениям. Вы, естественно, понимаете, что вставая в глухую оборону, мы отдаём инициативу противнику, который в этом случае сможет, встретив сильное сопротивление на одном участке, ударить на другом. Быть может, нам разумнее самим ударить первыми? Я понимаю, что не вы принимаете решение о начале боевых действий, но допустим, что это находится в вашей компетенции, как бы вы поступили? Или допустим такой вариант: подготовившись к обороне мы за несколько часов до начала войны, сами наносим удар всеми видами оружия по изготовившемуся к атаке врагу. Может быть есть и другие возможности, которых я не представляю. Что вы выберете? Поймите, что я задаю этот вопрос не из праздного любопытства. За мной стоит военная промышленность страны...
- Понимаю вас, Алексей Сергеевич,- Захаров кивком останавливает мою сбивчивую речь,- что же, попробую ответить. Внимательное изучение известного вам документа и особенно приложения к нему, в котором намечен график военных перевозок до начала операции, позволяет сделать следующий вывод: самая ранняя дата начала войны - середина мая. Перевозки германским Генштабом планируется проводить в нарастающем темпе, достигнув предела пропускной способности магистралей в течение последнего месяца перед началом боевых действий, в который на границу прибудет примерно половина от запланированного количества частей...
- Но до 15-го мая земля ещё не просохнет.
- Не везде,- мягко возражает начальник Генерального штаба,- на юге Польши и в Румынии, в полосе Юго-Западного и Южного фронтов, грунтовые дороги с высокой долей вероятности будут пригодны для колёсного транспорта, но в целом вы правы. Если принять во внимание, что германский Генштаб планирует одновременное нападение на всём протяжении государственной границы с севера на юг, то середина мая - это крайняя оценка времени, когда их группировка может быть готова к наступлению. С другой стороны, исходя из грандиозности задач, поставленных перед германской армией и учитывая, что дожди на территории Европейской части СССР начинаются в сентябре, нападение не может произойти позднее конца июня. Эти полтора месяца и составляют окно возможностей вермахта. Исходя из сказанного, рассмотрим теперь возможности наши. Для надёжного отражения немецкого нападения войска Особых округов должны к середине мая быть полностью отмобилизованы, то есть все их дивизии пополнены до штатов военного времени, со складов хранения и из народного хозяйства получена вся положенная ей техника и они находятся в полной боевой готовности . Это необходимое условие, но не достаточное. Как нам недавно стало понятно из планов германского Генштаба, дислокация наших войск в соответствии с планами прикрытия границы не может обеспечить устойчивой обороны, а, скорее всего, приведёт к окружению и разгрому наших войск в приграничных сражениях. Для предотвращения подобного развития событий необходима переброска дополнительных войск из внутренних округов для усиления наиболее опасных направлений от ударов противника...
- Но, Матвей Васильевич, противник же не будет просто так безучастно наблюдать как мы перебрасываем войска. Он внесёт коррективы и в темп переброски, и в направление своего удара.
- ... И тут вы частично правы, Алексей Сергеевич,- Захаров ставит стакан с остывшим напитком на стол,- однако, что касается смены направления удара, то противнику будет сделать это не так уж просто. Генштабу придётся создавать новый план всей кампании на что уйдёт немалое время, потом отводить уже развёрнутые соединения в пункты погрузки, перемещать их в тыл и снова к фронту, загружая узловые станции и создавая встречные потоки, что повлечёт за собой снижение общего темпа переброски. Но всё же я уверен, что германский Генштаб справится с задачей и нам также придётся вносить коррективы в свои планы на ходу. Положа руку на сердце, я не уверен, что мы сможем справиться с подобной задачей лучше германцев. Наибольшую тревогу у меня вызывают четыре их танковые группы, которые могут быстро своим ходом пройти на сотню километров вдоль фронта и, самостоятельно пробив оборону, войти в её разрыв...
- А как же наши танковые дивизии, они что на такое не способны?
