1552 год. Таинственный старик передает купцу некую чашу. В чаше сокрыта тайна, но узнать её можно только в отчем доме. У родных стен купец обнаруживает – кто-то опередил его и вот-вот зайдет в город…Что он выберет – раскрыть секрет старца или спастись от верной смерти?
Татарский купец возвращался в Казань без товара. Прошлым летом он вышел в Каспийское море вместе с другими купцами. У Баку они разошлись – одни остались у ширваншаха, другие брали извозчика и спешили в Ормуз, чтобы продать товар подороже, третьи проплывали мимо и бросали якоря у Шабата, славного дешевыми тканями. Купец одолел Каспийское море, прошел по суше через многие города и вышел в Персидский залив. На ладье он дошел до Индийской страны. Татарский товар он продал на индийском базаре, а индийский оставил знакомым татарским торговцам в Дербенте, пока плыл обратно.
Когда в порту Келекот купец хотел отплывать из Индийской страны, подошел к нему старец. На голове у старца была фата, весь он был черный, а борода белая. Жарило солнце, готовое спалить человека. Протянул ему старец некую урну, и подивился купец ее красоте: переливалась она в желтом солнечном свете дорогими каменьями, расписанная прекрасными индийскими узорами и с горлом как у мелкой вазы или горшка. Под горлом различались четыре серые рыбы с большими глазами и зрачками-точками. И сказал старец: “В моей урне лежит сухая трава. Налей в урну кипящей воды и выпей в доме, где родился, если хочешь открыть великую тайну”. Так и шел он в Казань чая испить.
Вернулся купец в Каспийское море и оставил ладью на мели в устье Волги. В Астрахани он взял осла за три индийских монеты и пошел вверх по реке. После Казани купец хотел идти в Нижний Новгород, ибо там жила его семья и дербентские торговые люди обещали привезти его товар на местную ярмарку. В дороге он много думал о чае и тайне.
Желтые и красные деревья облепляли еще зеленые холмы, рядом серой пеленой неподвижно лежала Волга. Местами разрослись большие дубравы, которые кормили купца лесными грибами и дикими ягодами. В редких степях купец останавливался на привал, где осел ел злаки и полевую траву. За Змиевыми горами купец взял лодку и сплавал до острова, где до зимы обитает множество рыбаков; там он накупил хорошей рыбы. Иногда купец выходил на татарские городки и в них ночевал.
У самой Казани нашел купец ручей – наводнена ведь Казанская земля многими реками, болотами и озерами. Тонкие черные ивы клонились к шумящей воде. По берегу были рассыпаны мокрые камни. Он спустился, набрал воды для чая в сосуд и направился к холму, откуда открывался вид на Казань.
Купец взошел на холм и осмотрелся. На высоком месте между двух рек стояла крепость; набитые землей бревенчатые стены примыкали к башням с шатровыми крышами. За стенами проглядывались белокаменный ханский дворец, несколько круглых крыш мечетей с высокими минаретами и бесчисленное количество маленьких деревянных домиков. Казанский кремль светился в лучах выходящего из-под него солнца.
Но это была не та Казань, которую купец прошел в начале пути. Он прищурился и вновь оглядел город. Справа от крепости чернело огромное выжженное пятно – раньше здесь находился посад с частоколом. За пятном лежало пустое Арское поле, обычно заставленное торговыми лавками. На дальнем краю поля виднелось что-то большое и красное. Купец похолодел.
Арское поле, будто доска с гвоздями, было усеяно нескончаемыми рядами копий, пищалей, штыков, самопалов, секир и мечей. Тысячи железных остроконечных шлемов сверкали на солнце. Спереди стояли конные воины со стягами. На темно-красной, почти коричневой ткани – огромное желтое лицо с продолговатым носом, миндалевидными глазами и черной бородой. В нескольких верстах от купца молчало замершее воинство русского царя.
Купец очнулся и повел осла вниз по холму. Он зайдет в Казань через тайный ход и не будет задерживаться в городе. Его уже будут встречать в Нижнем Новгороде, когда русские войдут внутрь. Похоже, они только готовятся наступать на Казань – это не помешает ему быстро выпить чая и уйти.
Купец привязал осла к дереву и достал из поклажи сосуд с водой и урну. Осел недовольно фыркнул. Купец вышел к воде; Казань нависала над ним черной горой, а русское войско терялось в глубине поля.
