Вбиваю гвозди по квартире –
Хочу украсить интерьер.
И с самого утра истошно
Орут соседка и сосед.
Они завидуют безбожно -
У них совсем ведь вкуса нет.
***
— Я люблю убираться в квартире.
— Я достигну чего захочу.
— Нахожусь со своим прошлым в мире.
— Я забыла дорогу к врачу.
— О других говорю я любезно.
— У меня богатырская стать.
Право, это безумно полезно –
С аффирмаций свой день начинать.
***
Стань джентельменом: ешь овсянку
И дамам двери открывай.
Такое может ведь не всякий –
Не оплошай, давай!
***
Живем мы в удивительное время –
Девайсы, гаджеты, Wi-Fi и GPS.
Ну, что поэты? Пережиток древний!
Не лирика нужна нам, а прогресс.
***
Как только крикнешь убирайся,
Так сразу в доме чистота.
Достоинство крутых девайсов –
Функционал и быстрота!
***
Ты говоришь я не пишу тебе стихи…
Да не пишу — в том смысла я не вижу.
Струны души твоей к поэзии глухи,
Цифр строгий же язык
тебе гораздо ближе.
***
В гостях я проявил себя:
Сперва залез на табуретку,
Собрал вокруг себя ребят -
Им сказку прочитал про репку.
Потом слез с табуретки вниз,
Пел песни, как Билан, и даже
Устроил небольшой стриптиз,
Вызвав волну ажиотажа.
***
Посылал мне денег Бог,
В тот карман и в этот сыпал.
Но путь жизненный жесток -
Весь запас в дороге выпал.
***
Зима, сказали, будет очень снежной -
Не верю в это я, ну, ни на грош!
Но в магазин неугасимая надежда
Вновь за лопатой меня гонит всё ж.
***
Взгляд устремлённый в потолок
Не факт отсутствия процесса -
Лень — это вовсе не порок,
Лень — это двигатель прогресса!
Готовы зодчим ленинградским
Мы выразить большой респект
За площадь и за Ленинградский
Проспект.
Снег летом, солнца не хватает,
Полгода ночь, полгода день,
В конце июля расцветает
Сирень.
И в сквере, и на въезде в город,
И на вокзале — ясен пень)),
Стоит оленегорский гордый
Олень.
Саамский фестиваль, конечно,
Забыть не позволяет нам,
Что житель коренной
мест здешних -
Саам.
Полярной ночью мехом снежным
Укрыты улицы, дома…
Мягка, пушиста, безмятежна
Зима.
Морозко» — фестиваль преемник
«Морозко»-сказки — ведь давно
И здесь у нас снималось это
Кино.
Мы знаем, и никто не спорит –
Все эти долгие года
Железная наш город кормит
Руда.
Малоэтажная застройка
Ещё со сталинских времён –
Провинциально милый старый
Район.
Потенциал «Среды комфортной»
В Оленегорске, например,
Нам поменял пустырь и горку
На сквер.
Недавно был Дворец ледовый –
Объектом трудовых бригад.
А нынче здесь сверкает новый
Фасад.
Весьма скромна в Оленегорске
Автозаправочная сеть -
Здесь представитель самый броский -
«Роснефть».
«Лопарка» или «Здравствуй солнце» -
Любимейший у горожан
(и, в общем, — бренд Оленегорска)
Фонтан.
С названьем ярким — Молодёжный -
И не обретший тротуар
Один лишь в городе, но всё же –
Бульвар!
Людей времён безынтернетных
Чтобы не мучила тоска,
Был в городе культурный центр –
ДК.
В процессе городосозданья
Он комбинатом был рожден,
Сменивший несколько названий, -
«Олкон».
На площади, а не на небе,
Культурно светит нам всегда
«Полярная (ведь Крайний Север)
Звезда».
Гирлянды, и металл, и ткани –
Менялись паруса не раз.
Никак не ладит с парусами
Баркас.
Я и осень.
Покрыт асфальт шуршащей бурою листвой.
По городу сурово беспределит осень:
Рвет листья ветра грубою рукой,
Вокруг дождей размазывая слезы.
На небе тучи затянули синеву -
Все серо, мрачно, холодно и сыро.
И я уже как будто не живу,
Почти не вылезаю из квартиры.
А за окном деревья голые стоят,
Сплетя решетки из замерзших тонких веток.
Хандры медленнодействующий яд
Мне оставляет осень напоследок.
Я не умру, я просто спрячусь до зимы,
Не так уж безнадёжно мой диагноз грозен.
Ну, что поделать, просто как-то мы
Не жалуем друг друга — я и осень.
Вечерний дождь
Уже под вечер хмурый ливень летний
Забарабанил жестко по окну,
Сплетя из капель водяные сети,
В которых город сразу утонул.
Фонтаны брызг запрыгали по крышам,
Растерянно мечась и мельтеша:
Выплакивала слёзности излишек
Тоскующая ливнева душа.
На город выплеснув отчаянья потоки,
Залил всё: скверы, улицы, дома…
Потом непонятый затих и одинокий,
Оставив грусти мокрый аромат.
***
Ноябрь. Уже темнеет рано,
И город зажигает фонари.
Я достаю мобильник из кармана –
Поговорим?
Недавно выпал снег, но вновь растаял,
И всё — то подморозит, то дождит.
По памяти твой номер набираю.
Рука дрожит.
А помнишь, был такой же темный вечер?
(как осень — вечно мокро и темно).
И ты сказал — всё в жизни человечьей
Предрешено.
Предрешено, что было и что будет,
Кто, с кем, зачем, где, сколько и когда.
А я тогда спросила: что же — люди
Игрушки? Да?
А как же чувства, как же сердце, души?
А как желанья наши, черт возьми?!
Ты засмеялся и сказал: послушай,
ну, не гони.
Твоя теория была мне непонятна -
Ведь человек сам выбирает путь!
А ты уехал…
И тебя обратно
Мне не вернуть…
Я иногда звоню,
когда совсем уж скверно
(ноябрь благоприятен для тоски),
Тебя ещё надеясь опровергнуть.
Гудки…
Гудки…
***
А птичии стаи кружат над домами,
Прощаясь и снова на юг улетая.
И стай многоточия тают в тумане,
Как будто их ластиком осень стирает.
Они не увидят полярные ночи,
Когда солнце даже подняться не хочет
Из-за горизонта. Они не узнают,
Как все с нетерпеньем его ожидают.
Они не услышат, летая по небу,
Ни хрусткой скрипучести свежего снега,
