Аня побежала за банным полотенцем. Ей было радостно – Андрей снова был таким, как всегда. Она представила, как после душа Андрей сообщит ей обо всех новостях. Как она накормит его щами и жареной курочкой. Как они откроют бутылку вина, привезенную с Тенерифе. А потом она наконец прижмется к любимому мужу и они займутся любовью. Аня принесла полотенце и немного послушала у ванной, как Андрей напевает под душем. Потом она зашла в комнату, повесила на плечики брошенный мужем летний пиджак и замерла – мобильник Андрея лежал на прежнем месте, на письменном столе, на зарядке. Сердце Ани заколотилось. Она смотрела на мобильник и сдерживала свое страстное желание заглянуть в переписку Андрея. В отличие от своих подруг, Аня никогда не проверяла ни карманы мужа, ни его мобильник, ни ноутбук. Аня решила уйти, но на пороге комнаты остановилась и снова посмотрела на мобильник. Она вспомнила, как однажды ей пришло сообщение от Лены, и как Андрей спокойно взял ее телефон и спокойно прочитал переписку. Когда Аня попробовала возмутиться, Андрей обнял ее и сказал: «Разве у нас есть друг от друга секреты?» Тогда Аня пыталась объяснить про личное пространство, женские темы и элементарное воспитание. Но Андрей завелся: «Только не надо эту херню про воспитание. А личное пространство у нас теперь одно».
Аня решительно подошла к письменному столу, взяла мобильник Андрея и залезла в ватсап. У нее закружилась голова. Андрей писал Дине: «Моя, моя, моя… ты такая сладкая». Она отвечала: «А ты – вкусный. Сладкая и вкусный – отличное сочетание». Андрей: «Я тебя обАжаю. Твой Бегемот». Ане стало плохо. Ее любимый муж стал Бегемотом. И он обожал свою любовницу с грамматическими ошибками. Дина: «Хочу в отель. Маленький, уютный. Как в прошлый раз. Не хочу, чтоб твоя жена вернулась». Андрей: «Что-нибудь придумаем». Дина: «Что? Убьешь ее?)))» Андрей:«Ты будешь моим маленьким секретом». Дина: «Милый, а тебя хватит на меня и на жену?» Аня трясущимися руками нашла переписку в день ее прилета с Тенерифе. Андрей писал: «Встретил. Ничего не екнуло». Дина отвечала ему через несколько часов: «Как у вас? Где ты? Ответь! Я с ума схожу». Андрей: «Вырвался на стоянку. Сейчас наберу». Дина через два часа: «Что у вас? Не молчи. Я ревную». Андрей: «Отвернулся и лег спать». Анне показалось, что она умирает. А возможно, уже умерла и все это происходит не с ней. Анна не поняла, как оказалась в ванной, каким образом успела сорвать там шторку, за которой стоял голый Андрей. Аня видела свои руки, держащие мобильник мужа, и его перекошенное лицо.
–Ты с ней… ты с ней спишь…
Аня стояла посередине комнаты, с мобильником Андрея в руке. В ушах гудело. Она не понимала, что и как делать дальше. Бешеные удары сердца говорили о том, что она все же была жива. Но Аня не ощущала себя в реальности. Не чувствовала слез, без стеснения, предательски катившихся из глаз. Прежде, еще до свадьбы, Аня была уверена, что при измене мужа нужно немедленно собрать его вещи и выставить за дверь, и, не раздумывая, навсегда выкинуть его из своей жизни. Так бы поступила любая нормальная, уважающая себя женщина. Аня сама легко давала подобные разумные советы подругам. Она уже точно кому-то советовала быть «сильной женщиной» и «забить на бывшего». Но сейчас это не работало. Сквозь нереальность происходящего Аня осознавала, что не может вот так просто взять и отказаться от Андрея. Не может в один момент избавиться от чувства любви к нему, несмотря на нестерпимую душевную боль, которую она теперь испытывала. Ее мозг и тело были словно парализованы, внутренности жгло от нахлынувшего ужаса и навалившейся пустоты. Сквозь пелену слез Аня увидела, как Андрей подошел к ней, выхватил свой мобильник и злобно грохнул его о стену. Части мобильника разлетелись по полу. Андрей яростно топтал обломки, срывая на них всю свою ярость от того, что он потерял бдительность и попался, как лох, как мальчик. Уничтожив мобильник, Андрей сел на диван и стал смотреть в одну точку. Аня по-прежнему стояла посередине комнаты, не в силах принять какое-то решение и выдавить из себя звук. Но сквозь хаос в собственных мыслях она понимала, что решение придется принимать именно ей, и именно ей придется нарушить это тягостное молчание.
–Что теперь? – вопрос Ани прозвучал по-детски неуверенно.
Андрей не пошевелился. Аня ощутила, что слез больше нет, а во рту все пересохло.
–Посмотри на меня, – попросила Аня.
Но Андрей по-прежнему тупо смотрел вниз.
–Мы не можем здесь оставаться. Я не выдержу. Завтра же мы уедем. В Индию. Или еще куда. На год. Да, на год. И там, где никого не будет… мы попробуем все заново. Без всех. Только ты и я. Слышишь, что я говорю?
Андрей посмотрел на Аню как на умалишенную.
–Завтра уезжаем. Да?
