– Мы потеряли двух парней при штурме тюрьмы и еще трех при захвате корабля. Несколько человек было ранено, но не настолько серьезно, чтобы беспокоиться по этому поводу. Что же касается найма недостающих членов, то с этим не возникло трудностей. Кое-кому даже пришлось отказать – включая подручных вашего брата, пожелавших сменить хозяина. В общем, у нас неплохая команда, которой не терпится вернуться домой.
– Домой, – задумчиво повторил Джастин, бросив взгляд на американский флаг, реявший на мачте. В прошлом это было удобным прикрытием, но теперь… – Слава Богу, нам есть куда бежать. Впрочем, я ни о чем не сожалею. Уж лучше называться американцем, чем беглым британцем.
Бейтс и Чайна обменялись взглядами, не ускользнувшими от его внимания.
– В чем дело? Вы похожи на парочку сытых котов, проглотивших по канарейке.
Бейтс усмехнулся:
– Вы чисты, капитан. Вашего брата встретили на берегу королевские солдаты и препроводили к судье.
– Что? Как?..
– Девушка рассказала им всю историю, а чего она не знала, дополнил Ист.
Джастин нахмурился, усомнившись в собственном рассудке.
– Тина, – пояснила Чайна. – Должна признаться, что во всей этой неразберихе я совсем забыла о ней. Сэр Рейналф тоже не счел ее важной персоной, и, как только мы покинули «Воронье гнездо», ее отпустили. Она тут же помчалась к властям и рассказала им, что сделал Юджин, и почему сэру Рейналфу так хотелось, чтобы тебя повесили. А затем мистер Ист…
– Барт передал им письмо, которое вы оставили, и рассказал всю правду об «Орионе» и «Скорпионе», – вставил Бейтс. – Он также сообщил им, что вы уверены в причастности лорда Кросса к гибели членов вашей команды, но вам не хватает доказательств, чтобы добиться его судебного преследования.
– Ну и ну, будь я проклят! – пробормотал Джастин.
– Это еще не все. – Бейтс расплылся в широкой улыбке. – Оказалось, что судья, которого они вытащили из постели в три часа утра, чтобы поведать ему свою историю, сражался вместе с капитаном Тримбелом против этого дьявола, Наполеона Бонапарта. Мало того, он присутствовал на процессе и всегда считал, что с капитаном «Скорпиона» обошлись несправедливо. Но когда он начал задавать вопросы во время трибунала, ему велели заткнуться и не лезть не в свое дело. – Голос Бейтса дрогнул, он помолчал и гордо продолжил: – Оказывается, капитан Тримбел знал все об «Орионе» и его пассажирах. Владелец «Ориона» прислал сообщение, где просил перехватить корабль и остановить его любой ценой. Капитан Тримбел действовал в интересах короны, но не мог рассказать об этом ни на суде, ни позже. Иначе французы поняли бы, что на борту «Ориона» был шпион. Он поставлял врагам ложные сведения и предпочел умереть, но не раскрыть свою истинную роль.
– Шпион? – затаил дыхание.
– Он так и не узнал имени того человека, – тихо произнес Бейтс. – Этот секрет погребен на морском дне вместе с «Орионом».
Джастин кивнул, онемев от потрясения. Внезапно все фрагменты головоломки сложились в единое целое. Вопрос, так и оставшийся без ответа: почему человек, известный своими принципами и убеждениями, вдруг пожертвовал всем – домом, семьей, репутацией – и начал работать на врага. Какова причина, заставившая капитана Тримбела хранить молчание на суде, не сказав ни единого слова в свою защиту. И тот факт, что все эти годы, проводя собственное расследование, в глубине души он знал, что Энтони Кросс не был предателем. Все приобрело смысл. Даже поступок Тимоти Гранта, предложившего Рейналфу целое состояние под видом приданого дочери. Вполне возможно, что таким образом он пытался воздать должное памяти его отца. Алчность и амбиции Рейналфа не позволили ему увидеть в этом жесте ничего, кроме желания облегчить больную совесть.
– Выходит, всего этого можно было избежать, – произнес Джастин с отвращением. – Несколько простых ответов, и весь этот кошмар никогда бы не случился.
Он смотрел на белые гребешки, вскипавшие на водной глади, искрившейся в лучах солнца. Затем поднял глаза на наполненные ветром паруса и вдохнул чистый соленый воздух. У него был вкус мира и покоя. Наконец-то.
Стоявшая рядом Чайна уловила перемену в его настроении и ощутила острый приступ любви к своему капитану и его прекрасному кораблю.
– Где они? – внезапно спросил Джастин. – Я обещал Тине, что возьму ее в плавание…
Тед Бейтс улыбнулся. Проследив за его взглядом, Джастин увидел Тину Фодерингейл, уверенно шагавшую по палубе. Девушка очаровательно зарделась, оказавшись в центре внимания.
– Доброго вам утречка, сэр. – Она чопорно присела. – Уж как я рада, что вы на ногах.
На щеках Чайны вспыхнул румянец. Бейтс прокашлялся и обратился к Тине:
– Не хотите ли прогуляться по палубе, мисс Фодерингейл? Еще пара минут, и земля скроется из виду.
– С превеликим удовольствием, мистер Бейтс, – улыбнулась Тина, взяв его под руку.