Конфиденциальность. Ну конечно, это же так важно... было бы, если бы он говорил с кем угодно, кроме Отца.
— Анастейша Сторм...
Он не был убежден, что она мертва, о чем и сообщил Отцу. Это точно не следовало утаивать.
— Есть кто-то еще. Влиятельный и сильный, чье имя я не знаю. Мне жаль, что я недостаточно информирован, Отец. Но если все сложится достаточно удачно для того, чтобы я успел назвать его, я назову.
Единственное, о чем он не рассказывал, — это действительные образы их снов и СИнД Марицы. Но даже в этом случае он поступал так не столько желая что-либо скрыть, сколько полагая это несвоевременным. К тому же все данные у него остались.
— Я прошу прощения за то, что отвлекаю вас по этому поводу. Я не беспокоюсь за свою жизнь. Но я не хочу, чтобы убийство человека Церкви осталось безнаказанным, если оно вдруг случится. — Он закрыл глаза и выдохнул. — Это все, Отец.
— Тебе нужна защита, сынок? Я не могу позволить себе потерять тебя.
— Я не смею просить вас об этом, — ответил Дэниэл.
Он и правда не думал просить об этом. Однако это не помешает. Китти Долна... она сказала ему: «Да что ты знаешь?» Китти Долна не имела ни малейшего понятия о том, насколько сильной может быть привязанность. Кто такой Мастер? Просто человек... просто какой-то богатый и безумный человек... в сравнении с Ним. Возможно, ему стоило сказать ей это тогда. Возможно, нет.
— Я не думаю, что они и правда посмеют тронуть тебя. Но я запомнил все, что ты мне сейчас изложил.
Пауза.
— И ты не спросишь меня о пациенте номер семнадцать?
— Спрошу, Отец. Если ситуация, в которой я нахожусь сейчас, завершится в мою пользу, я обязательно спрошу. — Он снова выдохнул. Не стоило удивляться. Он и не удивился, скорее, испытал облегчение.
— Заканчивай. И прилетай.
— Да, Отец. Благодарю вас, Отец.
— Удачи, Дэниэл.
И связь прервалась.
Дэниэл вытер пот со лба.
— Теперь все в порядке, ФРЭН. — Он улыбнулся. — Теперь точно все в порядке.
Глава 16. Инспектор Кальман. Моя полиция меня бережет
«Ммм... ммм... амм...»
Как и любой машине, ФРЭН было чуждо чувство религиозного экстаза. Искусственное дитя Эреллионов, обитающее в голове Дэниэла, она использовала части его собственного сознания для того, чтобы даже не конфигурировать, а скорее формировать свою личность. Так что, будучи без преувеличений частично им самим, она была обучена многим вещам, которые каждой воспитанной машине следует знать о людях.
Но, как и любой машине, ей было чуждо чувство религиозного экстаза.
И слава богу, пожалуй.
Любому. На выбор.
Так что сейчас она затруднялась с поиском подходящего ответа.
«Я рада, шеф. Чем займемся теперь?»
— Думаю, попробуем связаться с Кальманом. Нужно же в какой-то момент это сделать, верно? Кстати, в «Тинкербель» подтвердили мою заявку?
«Еще нет, шеф. Немедленно оповещу вас, когда это произойдет».
— Это может и не произойти, — хмыкнул Дэниэл. — Так что, свяжешь меня с инспектором Кальманом?
«Что ему сказать?»
— Что с ним хочет поговорить Дэниэл Кармайкл, ай-пять, бла-бла-бла, ну ты понимаешь.
«Хорошо, шеф. На связи, шеф».
***
Удивительно, как город может измениться за ночь.
Не внешне, конечно же.
Еще вчера, разгуливая по берегу Дуная, Дэниэл мог в полной мере ощутить тот самый дух старой Венгрии, о котором мы распространялись ранее. И даже общество излучающего деструктивные волны современности Джани не могло бы этому воспрепятствовать.
Сегодня, в лучах утреннего солнца, Будапешт уже казался иным.
И даже не потому, что Дэниэл Кармайкл просто-напросто никогда не вставал в такую рань.
Просто вслед за духом старой Венгрии с исторических сайтов выползал дух еще более старой Венгрии.
Даже не столько дух, сколько призрак.
Призрак Венгрии Арпадов, где феодальные лорды стояли настолько превыше закона, насколько позволяли стены их замков. Призрак Венгрии Батори, безумной графини, принимавшей ванны из крови девственниц, чтобы не стариться.
И если вчера мы говорили о феях, то сегодняшним утром впору припомнить вампиров.
Хорошо, что солнце уже взошло.
***
— Присаживайтесь.
Инспектор Кальман — полноватый господин, обладатель пышных усов, принял Дэна в своем кабинете, как и положено инспектору полиции.
И Кармайкл присел, доставая из кармана уже привычную упаковочку фри.
Хрусть.
— Я пришел поговорить об Анастейше Сторм. — Дэниэл начал разговор прямо.
Хрусть.
— Анастейше... Сторм... — повторил инспектор, будто припоминая, о ком идет речь. — Ах да... Занимаетесь этим делом?
В этом не было ничего удивительного — любой мог стать полицейским, имея лицензию.
И любой мог им не быть.
— Да, — подтвердил Дэниэл. — Я слышал, что большая часть информации не разглашается. Это правда?
Хрусть.
— Большая часть? — удивился Кальман. — Мы не получали запросов от родственников покойной на проведение расследования. В подобных случаях они даже не проводится. А не-родственникам мы имеем право отказать в предоставлении информации. — Он помолчал. — Но, учитывая, что вы здесь, полагаю, заинтересованные люди нашлись?
— Да, нашлись, — кивнул Дэниэл.
Хрусть.
