Ана и Китти взвились в воздух синхронно — все же они были похожи. Дэн устоял на ногах, но твари повисли на нем, пытаясь тупыми ногтями ему расцарапать лицо и умудрившись прокусить парку.
Стекло в оконце домика, выпустив чудовище наружу, вернулось назад, как восстанавливались зеркала Китти.
«Теперь все в норме?» — поинтересовался он у ФРЭН.
— Трещина на трубе исчезла...
«Отлично. Только бы все было хорошо...»
И Дэн вынырнул — с полным ощущением собственного ничтожества. Как и в прошлый раз, когда он находился внутри бессознательного Джани.
Глава 18. Похмелье
— Прости, быть может, мой вопрос тебя удивит, но...
Голова болела. Будто бы ногти Аны Сторм расцарапали мозг.
«Шеф...»
— ...я постараюсь сейчас сформулировать его потактичнее. — Джани машинально заканчивал сентенцию, но на его лице явно проступала какая-то другая мысль. Которую он и сам еще не мог осознать. — Какие еще нахуй два амбала, чувак?
«Шеф, я обнимаю вас».
«А я тебя. Господи, это едва не стало катастрофой».
— Ах... — Кармайкл поморщился. — Черт... Амбалы... утром... пришли... Черт, как в фильмах... этих... про бандитов... Только мягче...
«Мы не могли знать, шеф».
— Дэнни? Мужик! — Обычная веселость спешно покидала Алкивиада. — У тебя что, опять? Доведет тебя эта твоя церковь до цугундера.
Он снял линк и положил на стол.
— Да не волнуйся, Джани, — слабо улыбнулся Дэн. — Пройдет скоро. Ну хорош. Ты почему такой?
— Помню я твое «пройдет», — ответил он. — Изменение плана. Мы с Фрэнни везем тебя домой и кормим мороженкой. А я... испытываю необъяснимую потребность нажраться в пизденя и планирую делать это у тебя.
— Давай, валяй, — хмыкнул Дэн, снова поморщившись. — Всегда рад помочь, так сказать.
— Фрэнни, давай-ка доведем его до машины. — Засунув линк в карман, Джани поднялся.
«Поддерживаю под руку».
— И чур...
«Чур я за рулем!»
— Не очень-то и хотелось.
Кармайкл не отвечал. Лишь старался приглядеться к Джани в попытках найти след возможной промашки. Ему было страшно.
***
— Ебаный в рот...
Дэниэл пришел в норму за полчаса при помощи пары таблеток старого доброго ультрааспирина.
Джани за это время только принялся от этой нормы уходить.
Но взял очень резвый старт.
Поскольку Кармайкл не пил и Джани не приходилось подстраиваться под чужой ритм, а сам он явно был в этих вопросах не новичком, старт с места он взял такой, что у всех зрителей заложило уши.
— Ебаный в рот блядский хуй...
И последние пятнадцать минут он вполне успешно симулировал острый приступ синдрома Туретта.
— Ебаный в рот блядский хуй, блядь! На хуй!
— Уф-ф... А если более конкретно? — поинтересовался Дэн. — Тебе, похоже, как-то нехорошо.
«Прости... Прости, Джани. Черт...»
—Дэнни. — Джани плеснул себе в стакан обнаруженной в недрах бара русской водки с такой яростью, что волей-неволей напрашивалось определение «нахуярил». — Дэнни, дражайший из моих друзей, тех, что примерно одного со мной возраста... Ты знаешь, что я тя люблю, Дэнни?
— Джани, дружище, ты перегибаешь, — ответил Кармайкл. На душе у него скребли кошки. — Не пойми меня превратно, мне очень приятно, но ты меня знаешь всего ничего.
— Да ты мне жизнь спас, мужик! Ну, с вероятностью в одну тридцать шестую, но спас! Ты же не знал!
И немедленно, как водится, выпил, тут же засунув в рот горсть оливок.
— А ни одна из этих сук не сказала типа: «Джани, дружище! Ты перегибаешь! На хуя тебе вышибать себе мозги?» Типа такой пер-фор-манс, блять! Знаешь, скажу тебе кое-что...
— Эм-м... Вообще, ну... Я просто подумал, что одно дело — проволокой обматываться, это все лечится, но вот из мертвых воскрешать еще не научились.
— Мне не нравилась Ана. Ну, то есть, я с ней спал, но мне она не нравилась. Я вообще много с кем спал, и они почти все мне на самом деле не нравились. Она была сука. И Китти была сука.. Но Марица запала на одну, и она любит другую, так что... — Он махнул рукой.
— Я понимаю. Ты мог с этим мириться, — кивнул Дэн.
— И я не расстроился, когда ее убили. Подумал: ну ладно, очередная сука умерла. Говно-человек я, конечно, пиздец-говно-человек. Но Марица на нее запала. Зачем он так с ней, Дэнни? Зачем он так с нами?
— Я не знаю, Джани, — ответил Дэн. — И ты не говно-человек. У тебя просто каша в голове, как и у всех. А зачем он... Китти называла его Мастер. И я думаю, не просто так. Проблемы негров шерифа не волнуют, может, в этом дело? Вернее, волнуют. Но у него есть свои. И они важнее.
— Бля, но... — Джани развел руками. — Ана ему тоже ведь нравилась. Он и Китти бросил ради нее. А Графиня, значит, подобрала. Давно в нее втюрилась. Умная у меня сестренка, а иногда дура.
— Любовь — странная штука. Вот смотри. Ты сказал, что любишь меня. Ну, как минимум хорошо относишься, надеюсь. Но если бы я сделал что-то злое и мерзкое по отношению к тебе — действительно мерзкое, — тебя это огорчило бы больше, чем если бы тебе было на меня наплевать. Понимаешь? Наверное, это одна из причин. Самое смешное, я мог бы даже и не знать, что делаю что-то мерзкое. А ты все равно расстроился бы.
