— Боже мой, так вот что, оказывается, сказал ворон. — Клотагорб принялся рассматривать потолок. — А мне-то показалось: «мудры, стары». Это более точное описание. В любом случае, я не намерен бросить все и пуститься в долгое путешествие просто ради восстановления попранных прав какого-то волшебника. Как я и говорил, ничего критического в ситуации я не вижу.
— Ничего критического?! Какой-то пришлый злодей выкидывает вашего коллегу с его законного места, собирается захватить целый город, причем неясно, какие цели у него на уме…
— Город тот не мой, и сместили не меня. Что касается «коллеги» Оплода Хитроумного, я с ним не работал и знаю о нем только понаслышке.
— Вы чертовски прохладно относитесь к нему…
— Я бы назвал это трезвой оценкой. Но помощь я пошлю. Раз ты так убежден, что Маркус Неотвратимый прибыл оттуда же, откуда и ты, то я бы на твоем месте не откладывал встречу с ним ни на час. Я лишь немного задержу тебя. — И Клотагорб взглянул на дуару, висевшую за спиной у юноши. — Ты можешь управляться со многими вещами, неплохо знаешь эти края. Твоих способностей хватит, чтобы выкрутиться из затруднительного положения. — Маг ухмыльнулся. — Если этот Маркус и в самом деле так воинствен, как считает Оплод, ты всегда можешь припугнуть его букетом.
Джон-Том кисло улыбнулся.
— Что я буду делать без вашей поддержки и доверия? — спросил он.
— Мои поддержка и доверие будут с тобой. Твой талант растет на глазах. Я лишь пытаюсь контролировать твое самомнение, чтобы ты не лопнул от уверенности в себе. Однако Оплод торопит, да и ты тоже, — продолжал старый волшебник. — Я буду вам только помехой. Думаю, ты и сам прекрасно справишься.
— А что, если он совсем не из моего мира? — призадумался Джон-Том. — Вдруг это какое-нибудь странное, демоническое существо в человеческом обличье? Если верить Пандро, получается не очень-то похоже на доброго старого обитателя Земли.
— Поступишь с ним так, как того потребуют обстоятельства, — строго сказал черепах. — Не могу же я вечно быть твоей нянькой!
— Я уже взрослый.
— Тогда и веди себя соответственно. — Клотагорб поморщился от внезапного приступа боли. — Кроме того, опять мой артрит разыгрался.
— Забавно, что ваш артрит дает о себе знать всякий раз, когда предстоит долгий путь.
— Да, интересная особенность, не правда ли? — не моргнув глазом, согласился Клотагорб.
Маг, тяжело переваливаясь, заковылял к спальне и заглянул в комнату.
— А, Сорбл, кажется, освободил мою кровать! По-моему, он что-то там кромсает. Надеюсь, он не настолько пьян, чтобы отхватить себе кусок крыла.
— Сорбл! — вскричал он. — Как твои дела, бесполезный пернатый пьянчужка?
— Я так устал, мастер, — раздался слабый голос из колючих зарослей. — Эти ветки такие… твердые. — Голос замер, затем просительно заныл: — Не могли бы вы уничтожить их каким-ни-будь заклинанием?
— Может, и мог бы, но ученика я держу не для того, чтобы самому заниматься грубой работой. Подобные упражнения всегда на пользу организму, в особенности если этот организм перенасыщен молекулами этилового спирта.
— Чем, мастер?
— Есть такие жидкие магические символы.
— Да я… никогда, мастер, я…
Клотагорб захлопнул дверь в спальню, заросшую розовыми кустами, чтобы не слышать излишне выразительных уверений Сорбла в его невиновности, и повернулся к Джон-Тому.
— Оплод склонен к преувеличениям, мой мальчик. Все саламандры вообще предрасположены к паранойе. Но я уверен, дорога в Квасекву тебе понравится. Путешествие будет долгим, но приятным. Говорят, это чрезвычайно красивый город, выстроенный на архипелаге посреди озера Печальных жемчужин. Будь я лет на сто помоложе, я, пожалуй, не колеблясь отправился бы с тобой.
Джон-Том кивнул.
— Звучит заманчиво. Напоминает нашу недавнюю увеселительную прогулку в далекий Снаркен, не так ли?
Клотагорб перевел взгляд куда-то вдаль.
— В любом путешествии могут случиться неудачи, которых не предугадаешь. — Он смущенно прокашлялся. — На этот раз тебе не придется пересекать бескрайние океаны или мрачные торфяники. Только мелкие тропические озера и лагуны — как те, на которых расположена Квасеква. Местность с умеренным климатом, край спокойной красоты. Настоящий рай по сравнению с холодным Колоколесьем. Частенько подумывал я о том, чтобы перебраться в те чудные места, когда отойду от дел.
— Вы никогда не уйдете в отставку, потому что слишком заботитесь о своей репутации.
— Нет, мой мальчик, это серьезно. Может, когда мне будет лет триста, я решусь.
— Надеюсь, когда вам стукнет триста, меня здесь уже не будет.
— Да, твое неутолимое желание вернуться домой… Возможно, Маркус тебе поможет.
— Вы все время пытаетесь внушить мне, что без вас в дороге мне будет лучше. Но на этот раз вы правы. Я пошел бы куда угодно, на любых условиях, будь у меня хоть какой-то шанс оказаться поближе к дому.
— А как же Оплод?
— Возможно, он действительно преувеличивает, как вы говорите. Если Маркус — мой земляк, то мы встретимся, побеседуем и вместе что-нибудь придумаем.
— А если все наоборот?
Джон-Том глубоко вздохнул.
