Глаза царя-колдуна поменяли свой цвет и из желтых стали ярко-красными. Он сделал резкое движение впе-ред, слегка подняв свои массивные руки.
– Что тебе известно о башне Пристан? – спро-сил он.
– Достаточно, чтобы понять, как Дракону не понравится, если кое-кто захочет посетить его, – спокойно ответил царь Тира.
– Тот, кто совершит такой глупый поступок, быстро пожалеет об этом. Он долго не проживет, – согласился царь-колдун.
– Но тут дело в другом, – поправил его Титхиан. – Я имею в виду могущественную колдунью, которая несколько лет назад принимала участие в убийстве царя Калака. Она сможет уцелеть.
– Садира из Тира? – злобно прошипело существо.
– Ты знаешь ее? – удивленно спросил Титхиан.
– Я слышал о ней, – ответил царь-колдун. – Даже если бы мои лазутчики подробно не информировали меня о событиях, происходящих в Тире, бродячие певцы сделали ее имя известным среди всех моих рабов. – Он задумался на секунду. – Ты должен немедленно прикон-чить ее.
Отметив про себя, что властитель Ниобенэя даже не поинтересовался, почему Садира собирается посетить башню, Титхиан спросил:
– Что она может найти в башне Пристан?
– По всей вероятности, смерть или кое-что пострашнее смерти,– ответил царь Ниобенэя.– Но если ей удастся уцелеть, она сможет найти то, что ищет. – Он с недоверием посмотрел на Титхиана, затем спросил: – Она пытается отыскать способ избежать уплаты причитающегося Дракону налога с Тира, не так ли?
– Да, – ответил Титхиан.
– Тогда ты должен сделать все, чтобы она не сумела добраться до своей цели, – сказало существо. – Если она бросит вызов Дракону, он обратит свой гнев на Тир. В результате уменьшится число городов, уплачивающих ему налог, и он разложит недостающее число на все остальные города.
– Зачем Дракону такое большое количество ра-бов? – задал очередной вопрос Титхиан, преисполненный решимости извлечь максимум сведений из разговора, становившегося для него все интереснее.
– Не мне отвечать на этот вопрос, и не тебе задавать его, – поставил его на место царь Ниобенэя. – Не советую тебе совать нос не в свои дела. Если ты будешь интересоваться подобными вещами, твое правление окажется весьма непродолжительным. Никогда не забывай о моем предупреждении. – Он указал массивной рукой на Титхиана. – А колдунью ты должен убить немедленно.
Поняв, что он узнал от своего собеседника все, что необходимо, Титхиан пояснил:
– Есди бы Садира находилась в Тире, я бы давным-давно расправился с ней. Но, к сожалению, в данный момент она находится в Ниобенэе.
Царь– колдун задумался на мгновение, затем ответил:
– В таком случае мой сын займется ею и проследит за тем, чтобы она никогда не смогла покинуть наш город. Но я потребую дорогую цену за свои услуги.
На этом он закончил свою аудиенцию, и в темноте замерцал его силуэт.
Садира никогда прежде не видела никого, подобного человеко-зверю, показавшемуся на площади. По-види-мому, он был наполовину человек, наполовину силоп. Ниже колен существо напоминало огромную многонож-ку с плоским телом, разделенным на двенадцать сегмен-тов. Каждый из них поддерживался парой тонких ног, заканчивавшихся крючковатыми пальцами. Выше колен существо отдаленно напоминало человека. Его туловище было затянуто в шелковое платье, черная шапочка при-крывала его бритую голову. У него были маленькие уши, расположенные у основания челюсти, луковицеобразные глаза, напоминавшие глаза силопов, и морда с широким носом и огромными ноздрями, которые раздувались каждый раз, когда он делал вдох.
Садира нырнула в душную темноту ближайшей улочки в надежде, что человек-силоп пройдет мимо. У нее не было каких-то особых причин скрываться от него, но ей казалось благоразумным держаться подальше от любых чиновников царя-колдуна, а человек-силоп явно принадлежал к их числу. Перед ним шли два великана в шелковых набедренных повязках. В руках у них были огромные дубинки из голубой древесины агафари. Сзади него шла пара обнаженных по пояс ниобенэйских жриц. На каждой из них были ожерелья из разноцветных бус и желтые юбки с широкими поясами, украшенными драгоценными камнями.
Когда чиновник проходил мимо того места, где спряталась Садира, взгляд его черных глаз обратился в ее сторону, и ей показалось, что он задержался именно на том месте, где она стояла. Колдунья замерла. Даже взгляд эльфа не смог бы проникнуть сквозь мрак, царивший в улочке, если бы он смотрел на нее с места, освещенного ярким солнечным светом. Но Садира не была так же уверена относительно других чувств человеко-зверя. Судя по его крупной морде и раздувающимся ноздрям, он мог учуять ее, несмотря на то что ее запах терялся в сотнях всевозможных запахов, доносившихся из грязной улочки.
После бесконечных секунд ожидания чиновник продолжил свой путь. Садира вздохнула с облегчением, но не сдвинулась с места. Она не собиралась покидать своего убежища до тех пор, пока процессия не скроется из виду.
