– Добрый день, – обратился ко мне седовласый, но отнюдь не старый мужчина. – Представьтесь, будьте любезны. И расскажите немного о себе, о том, где учились игре на флейте и что хотели бы исполнить.
Я готова была к выступлению, но никак не могла предположить, что меня будут расспрашивать на такие темы. Почувствовала, что сейчас позорно развернусь и выбегу из комнаты. Но Ранир сжал мою ладошку в своей руке и шепнул еле слышно:
– Училась у маэстро Фосси в Ральде, двадцати одного года от роду, родители умерли, ты на попечении старшего брата до своего замужества, исполнять будем дуэт флейта и клавесин. Играй что угодно, я присоединюсь.
Ухватилась за малейшую возможность хоть что-то сообщить комиссии и повторила слово в слово все перечисленные факты.
– У маэстро Фосси? – изумился мужчина из комиссии. – Удивительно! Он же лучший из лучших! Мы с удовольствием послушаем то, что вы для нас подготовили.
Дрожащими руками собрала на столе с инструментами флейту и уже хотела развернуться лицом к мужчинам, как услышала шепот Рана:
– Никакой магии. Что хочешь делай, но дар не проявляй. Иначе нас тут же в Халим отправят вместо дворца.
Едва уловимо кивнула и вышла на середину зала. Ранир сел за клавесин и стал ждать начала моего выступления.
Это был не первый и, надеюсь, не последний мой конкурс, который мне нужно было выиграть. Раньше каждую свою победу посвящала умершим родителям, в душе убеждая себя, что они где-то радуются моим успехам так же как я сама, а может, и больше. Но теперь родители мои, как выяснилось, живы, и эта победа будет посвящена Владу. Пусть у него все получится! А я помогу ему так, как умею.
Глубокий вдох, и звуки понеслись ввысь. Легкость, радость, веселье, счастье. Вот что была призвана подарить слушателям эта мелодия. И тут же клавесин подхватил ее и соединился с флейтой в единое целое, чтобы вместе подарить людям эту пленительную музыку. Я играла и чувствовала, что внутри меня бурлит магия. Но мне нельзя было отпускать на волю мою дорогую родную сверкающую ленту. Было ужасно страшно, что не смогу ее удержать, магия прорвется наружу и нас схватят охотники. Но Ранир так уверенно играл рядом со мной, что это поддерживало и помогало мне справиться с ревущим внутренним потоком энергии.
Мелодия подошла к концу. Отзвучали последние аккорды, и зал наполнился звенящей тишиной.
– Браво! – зааплодировал седовласый мужчина. – Я не сомневался, что ученица маэстро Фосси нас не разочарует. Вы, безусловно, приняты на все время проведения торжества на службу во дворец в качестве музыканта. О подробностях своей службы узнаете у маэстро Трави уже на месте. Сейчас вам предоставляется время до вечера, чтобы собрать необходимые вам вещи и прибыть во дворец для временного проживания. Вы свободны.
– Благодарю за оказанную честь, – поспешила выяснить важную деталь, пока нас не вытолкали отсюда. – А что насчет моего брата? Я никак не смогу без него поселиться во дворце. Это невозможно с этической точки зрения.
– Полностью согласен с сестрой, – кивнул Ранир. – Она никуда не пойдет без сопровождения.
Мужчины начали шептаться. Краем уха услышала, что они упоминали Славинаса.
– Мы уже набрали достаточное количество музыкантов, владеющих игрой на клавесине,– попытался отказать нам глава комиссии. – И сожалеем, что ничем не можем вам помочь.
– Тогда и нам не о чем с вами разговаривать, – отрезал Ран и поднялся со стула. – Пойдем, Асмия. Нам тут больше делать нечего.
Забрала футляр, и мы двинулись к выходу. У самых дверей нас остановил все тот же седовласый мужчина:
– Погодите. Раз дело обстоит таким образом, то мы примем на службу и вашего брата. Но с его высочеством сами будете объясняться. Он ходатайствовал исключительно за вас. Речи ни о каком вашем спутнике не было.
– Я все понимаю, – тут же повернулась и широко улыбнулась комиссии. – Мы вас не подведем!
– Всего доброго, – махнул рукой мужчина, и мы покинули зал через другой выход.
Там уже ждал тот самый лакей, который встретил нас внизу. Он поклонился нам и поманил за собой. Пока шли к выходу, мужчина объяснил, куда именно мы должны к вечеру прибыть с вещами. Поблагодарив его за помощь, покинули особняк.
До постоялого двора шли той же дорогой. Ранир сосредоточенно что-то обдумывал, а я прокручивала в голове своей выступление. Точнее наше выступление. Ничего сверхъестественного в нашей игре не было. Нет, мы исполнили вполне приличную мелодию. Но выступление было совсем не того уровня, чтобы до такой степени восхвалять нас и мгновенно принимать на работу, не сравнив нашу игру с другими участниками.
– Тебе не кажется, что они слишком легко согласились взять нас на работу? – не выдержала и поделилась своими соображениями с Раном.
– Не нас, – серьезно отозвался он. – Тебя. И мне это совсем не нравится. Возможно, зря мы тебя во все это втянули.
– Выходит, – не обратила внимания на его сомнения, – Славинас изначально приказал, чтобы меня взяли в любом случае?
